"Сорок душ посменно воют,

Раскалились добела

Во как сильно беспокоят

Мериканские дела!

Все почти с ума свихнулись

Даже кто безумен был,

И тогда главМИД Лавров,

Телевизор запретил...")))))

Ещё три месяца назад министр иностранных дел Сергей Лавров во время посольского «круглого стола» заявил, что "дух Анкориджа испаряется". Кстати, все мы даже не знаем ничего о той встрече, кроме места и действующих лиц. Хотя наши СМИ раструбили об этом событии, как о неком великом достижении. А ещё нам доподлинно известно, что политика проводимая Америкой не сдвинулась вообще никуда. Они как считали себя мировым полицейским, и судьёй, так и считают.

А 20 мая Лавров обратил внимание, что за время, прошедшее после саммита России и США в Анкоридже, украинский президент Зеленский и Евросоюз, стали действовать ещё более жестко и самоуверенно. «Никакого прогресса даже в поведении Зеленского и европейцев, никакого сдвига. Наоборот, они становятся все более и более агрессивными и наглыми..."

И сегодня мы видим, как этот "дух Анкориджа", ничуть не мешает американцам снабжать разведданными укронацистов, которые бьют ракетами по нашим спящим детям...

Очень "нужное" нам поздравление от американца Александра Овечкина проживающего в Соединенных Штатах. За это время он приобрел нехилую недвижимость в США: дома в Вирджинии, Вашингтоне, квартиры во Флориде. И все эти годы он исправно со своих миллионов долларов платит налоги "дружественному" нам американскому государству. За 20 сезонов в НХЛ Овечкин заработал около $220 млн. Из них $160 млн составили зарплата и бонусы (рекордный показатель в НХЛ) и еще $60 млн приходится на заработки вне льда от рекламных контрактов, лицензирования, памятных вещей и других деловых предприятий. Я уж не говорю, что и у нас сегодня весь интернет кишит примитивной с ним рекламой, видимо ему хочется и тут подзаработать, не даром же приезжать на родину.

Еще по ходу своего первого сезона в НХЛ в 2006 году он учредил свой благотворительный фонд Ovi's 8's, главной инициативой которого стало предоставление детям из неблагополучных семей билетов на игры «Кэпиталз». Клуб выделил для таких детей специальную ложу – в настоящее время количество таких счастливчиков перевалило за 6000.

Легендарный нападающий не только помогает детям финансово, но и воплощает в жизнь их мечту встретиться с живой легендой НХЛ. Александр при участии Американской специальной хоккейной ассоциации провел один день на базе своего клуба с 60 детьми с ограниченными возможностями. Он катался с ними на льду, учил броскам по воротам и просто дурачился. Одна из участниц акции, 10-летняя девочка с синдромом Дауна Энн Чааб, набралась смелости и пригласила его на свидание. Россиян не отказал – в свой следующий выходной он сводил малышку в суши-бар, подарил цветы и именной свитер. С теплотой Он вспоминает и встречу в с шестилетним мальчиком Люком с неоперабельной опухолью мозга. Отец мальчика Рич написал трогательное письмо форварду «Вашингтона», и тот отреагировал – провел с парнем весь день и подарил фирменную майку с автографом.

А мы тут собираем свои копейки на лечение нашим детям...

На фоне сегодняшних разговоров о том, что Александр Овечкин может вернуться в Россию, и играть за когда-то родное «Динамо» после 20 лет, проведенных в НХЛ, если он продаст всю недвижимость в Америке при переезде в Россию, то, положив деньги в российский банк, он будет получать по десять миллионов рублей процентов ежемесячно, по самым скромным подсчетам. Впрочем, сам Саша говорит, что после окончания карьеры намерен вернуться в Россию. И потому уже обзавелся на родине подходящей недвижимостью: 3-х этажным особняком в Истринском районе Подмосковья. Здесь же рядом в подаренном ей доме живет и его мама, которая занимается разведением фроловской породы овечек.

Вот такие они "новые русские"..... хоккеисты.

Совершенно верно. Ни о чём!!!

Да что там ямочный ремонт.

Проходя по улице Кирова, в самом центре города, стыдно смотреть на дом №19 по улице Московской, который с начала XVIII века принадлежал купцу Василию Ивановичу Карасеву. Это тот самый дом в котором ночевала императрица Екатерины II в 1775 году, во время своего визита в Калугу.

Этот визит стал значимой страницей в истории Калужского края. Потому что прямым следствием этого посещения стало учреждение в 1776 году нашей Калужской губернии (наместничества). Именно в этом, одном из немногих в тогдашней деревянной Калуге, каменном доме и пребывала Екатерина II.

Сейчас весь дом обшарпан, штукатурка отвалилась, и никому нет дела до этого беспредела. Вроде бы ищут инвестора, на которого можно было бы сбагрить этот дом, но желающих до сих пор не находится. Неужели трудно сделать хотя бы внешний косметический ремонт, чтобы штукатурка не летела на головы прохожих. Стыдно перед гостями города и туристами, экскурсионные маршруты которых проходят напротив, к Предтеченсому храму.

Правда на этом доме нет даже никакой таблички, упоминающей об этом большом событии. Зато по городу навешали на дома массу табличек "здесь жил такой-то", которого никто и знать то не знал, да и неизвестно за какие такие дела.

Видно в этом вся суть наших калужских властей, которые не могут найти корыта бетона, чтобы заделать этот позор в центре города!!!

18 сентября (6 по старому стилю) 1845 года в Калугу приехал публицист, общественный деятель, и славянофил Иван Аксаков. В нашем городе он почти два года прослужил товарищем председателя Калужской уголовной палаты. Когда Аксаков приехал в наш город ему было 22 года, он был молод и горяч.

В Калуге Аксаков писал матери и отцу письма, в которых описывал Калугу, её жителей, жестко проходился по обществу, жаловался на скуку и отсутствие денег. На следующий день после приезда в 9 часов вечера он пишет письмо родным:«…Я приехал вчера вечером часу в восьмом… Калуга довольно большой город, виден верст за пять. Приехал я в «Киевскую» гостиницу (ныне ул. Ленина, 119), меня повели во второй номер, довольно чистый.

Приехавши, напился чаю и лег спать довольно рано, но и встал рано, выбрился, умылся, оделся, натянул мундир и часу в девятом отправился к губернатору Николаю Михайловичу Смирнову. Он принял меня чрезвычайно ласково, говорил про свои затруднения, не очень доволен Калугой, видно, что он рад мне был, как не калужскому жителю. Он недалек, но, кажется…с ним можно ладить.

Пробыв в палате часа с три, отправился домой, переоделся и поехал к Унковскому. Унковские обласкали меня бог знает как, звали к себе почаще. После обеда отправился я с Михайлой Унковским смотреть квартиры: все без мебели, безо всего, просят 450 рублей и более..."

Жилье Аксаков хотел подобрать подешевле, но калужские цены его не порадовали. Пришлось ему остановиться в маленьком доме ростовщицы, вдовы офицера Иванова на нынешней ул. Суворова. «Посмотрел я квартиру. Переезжаю в середу или четверг. Слава Богу! А то жить с лошадьми в гостинице дорого. Адрес: на Дворянской улице (скверное название, но что делать, улица хорошая), в доме поручицы Ивановой. Домик 2-хэтажный, деревянный, со всеми принадлежностями, даже с чистенькой баней. В одной половине хозяева, в другой я. Цена 350 рублей в год... Чище и лучше нигде не мог найти».

Однако, когда Иван Сергеевич туда переехал, то квартирой остался уже недоволен: «Дешево, да дрянно. Она имеет вид чистенькой, но стены пачкают. Пахнет немножко кухней, нет ни одной форточки, ни одного замка, двери почти не затворяются.Я сидел трое суток в стуже, потому что печи были разломаны, нельзя было топить...».

И через пару месяцев Аксаков перебрался из дома Ивановой, в дом купчихи Борисовой на нынешней улице Плеханова, 86, рядом с Палатами Коробовых (который сейчас капитально ремонтируют). Несмотря на то, что прежней хозяйке были заплачены деньги за четыре месяца вперёд, и она отказалась их возвращать, новая улица и этот дом пришлись ему по душе.

"Вы знаете, что прежде Калуга была вся на берегу реки, и только лет 60 тому назад стали строиться дальше от берегу. Но лучшие кварталы в древности были там. Вид у меня на Оку чудесный. Дом этот принадлежит купчихе Борисовой, которая живет в нем сама уже лет 50, она одна, живет внизу, а верх отдавался внаймы. Хозяйка такая добрая женщина, сама ходит на рынок покупать, что мне нужно. На другой день моего переезда она поднесла мне целое блюдо с пирогами, кренделями и хлебом. Это были первые пироги, съеденные мною дома, в Калуге».

Восхищали Аксакова и окрестности Калуги, чье местоположение «на крутом берегу так высоко, что она нередко белеет или сверкает в отдалении». В мае 1846 года он писал о том, что вид из окна его комнаты на противоположный берег Оки «так хорош», что он «по нескольку часов» проводит у окна. Возвращаясь вечером домой, Аксаков растворял окно и до глубокой ночи сидел, «слушая глухой гул города, лай собак и концерт лягушек в трясине, прилежащей к городу». Причем этот лягушачий концерт, их «дребезжащее кваканье в воде» было «просто чудо как хорошо», показавшись Аксакову «элементом вечной красоты».

Иван Сергеевич ходил на богомолье в село Тиньково, расположенное в «семи верстах» от Калуги, «где в церкви находится чудотворный образ Калужской Божьей Матери», которая изображается «без Спасителя и с книгой в руках». По словам Аксакова, село это имело «чудесное местоположение»: «Тут замечательны кругом курганы и довольно правильный, необыкновенно высокий вал; предание гласит, что это был стан знаменитого разбойника Кудеяра, но подробностей никаких не известно».

И если не все дома губернского города приглянулись Аксакову, то Калужский театр, чьи «наружность и внутреннее устройство» показались ему «очень порядочными», впечатление произвел. К тому же в калужском храме Мельпомены были «пребольшая сцена» да еще «два ряда лож, третий для райка, ложи литерные с обоих боков, губернаторская, вице-губернаторская, с особенной комнатой, диваном и камином, где можно курить».

В Калугу приезжали знаменитые актеры: Павел Степанович Мочалов и Михаил Семенович Щепкин, который иной раз приходил к Аксакову и на «утренний чай». И, конечно же, в Калуге «давали «Ревизора», в котором «Щепкин играл, по обыкновению, очень хорошо». По поводу снабжения Калуги Аксаков заметил, что город «хлебом своим никогда не продовольствуется; в нее привозят много хлеба Окой из Орла».

В своей новой квартире Аксаков прожил достаточно долго, но, поскольку зимой она брала много дров, была сыра, к тому же в «старом строении» «многое» обрушилось, из окон «нестерпимо дуло», то к началу октября 1846 года он переехал в новый флигель усадьбы, принадлежавшей семье Семена Яковлевича Унковского.

Видимо не только сейчас, но уже тогда этот дом № 86 требовал капитального ремонта...

Существует легенда, что предок Ивана Исаевича Болотникова служил опричником у царя Ивана Грозного, а сам он незаконнорожденный сын князей Телятевских, и потомок Рюриковичей. Себя Иван называл воеводой царевича Дмитрия (Лжедмитрия I), и вполне мог претендовать на русский трон вместо «шубника» - царя Василия Шуйского.

После смерти Бориса Годунова ни Калуга, ни Тула не «били челом» новому царю, не признали его власть и стали центрами крестьянского восстания, которое возглавил «бывший холоп и галерный раб» Иван Болотников. Получив поражение под Москвой, его войско отправилось зимовать в свободолюбивую Калугу. Царские войска под командованием воевод Фёдора Мстиславского и Михаила Скопина-Шуйского, выступили вслед за ними. Болотникова впустили калужские купцы, и он занял деревянную крепость с острогом в начале декабря 1606 года. В крепости Иван Болотников не только пировал с калужскими купцами, но и обновил укрепления деревянного острога с 16 башнями, починил частокол, углубил рвы и соорудил двойные земельные валы. В Калуге он собрал до 10 тысяч мятежников. Командовать гарнизоном назначил опытного шотландского капитана Альберта Вандтмана, ставшего калужским воеводой. В Москве тот возглавлял отряд немцев-наёмников и телохранителей Лжедмитрия I, долгое время служил в Польше, где его знали как пана Скотницкого. Впоследствии этот шотландец погибнет в Калуге, когда по приказу Лжедмитрия II его утопят в Оке.

Тысячу ратников Болотникову дали и калужане. Он же собрал в пушкарскую часть «молодчих и середних» посадских людей и щедро наградил калужских торговых купцов Шеплина и Тишкова, вручив им 1600 пудов соли. Они открыли воеводе тайну подземных ходов и лазов под городом. Что пригодилось впоследствии, когда осаждённые регулярно делали незаметные вылазки, и причиняли большой вред московитам, которые теряли до 40–50 ратных людей ежедневно.

Иван Исаевич Болотников.

В январе 1607 года, подошло 100-тысячное царское войско, состоящее из трёх полков, и осадило крепость: «Стали под Калугой противу города у Егория «на песках» (ныне храм Спаса «за верхом» на улице Смоленской, который сейчас падает). Бунтарям был поставлен трёхдневный ультиматум: сдаваться у городских ворот или быть убитыми. Получив отказ войска попытались взять деревянный кремль штурмом. Но не тут то было. Повстанцы оборонялись умело и отчаянно, в результате чего приступ провалился. Тогда царские войска приступили к длительной осаде, и по свидетельству летописца, в царских войсках «...только и делали, что стреляли без нужды, распутничали, пили и гуляли...».

А болотниковцы неоднократно совершали дерзкие вылазки, наносящие осаждавшим значительный урон. Осадные воеводы попытались организовать поджог деревянных укреплений с помощью целой системы дров («подмёта»). Для этого со всех окрестных деревень согнали крестьян, и заставили их каждый день рубить деревья в лесах, колоть дрова и возить их в лагерь на санях, которых было несколько сотен. Вокруг крепости сложили целые горы дров. При благоприятном случае их намеревались запалить с помощью деревянного подмёта, который катили к стене острога. Деревянная гора из брёвен, положенных клетью, приводилась в движение с помощью катков. Внутри её наполнили сухим хворостом. Если бы воеводам Шуйского удалось осуществить свой хитроумный план, гибель осаждённых была неминуема, а деревянная Калуга полностью бы сгорела. Однако Болотников ночью предпринял контрманёвр. Узнав время предполагаемого поджога, его люди по вырытому лазу и тайным подземным ходам, вышли за пределы острога, и заложили под деревянную гору дров пороховые мины и взорвали её. Вот так описывается этот эпизод в летописи: «От лютости зелейныя поднялась земля и дрова, с людьми, и туры со щиты, со всякими приступными хитростями. И была беда великая, и много войска погибло, и смутилось всё войско...».

Предпринимались попытки и извне помочь осаждённой Калуге. Князь Мосальский, изменивший царю и присоединившийся к бунтовщикам, попытался прийти на помощь калужским осадным сидельцам, но был разбит воеводой Романовым в битве на Вырке. Позже к осаждённым также попытались прорваться отряды князя Андрея Телятевского и Лжепетра. 3 мая 1607 года они разбили в битве на Пчельне царские отряды, посланные против них Фёдором Мстиславским. Воспользовавшись замешательством в осадном войске, Болотников совершил решительную вылазку из Калуги, и нанёс царским воеводам поражение, после которого те были вынуждены отступить.

Часть из них дезертировала, а часть вообще перешла на сторону повстанцев. Осада Калуги войсками Василия Шуйского длилась 158 дней, с декабря 1606 по май 1607 года. Только в мае 1607 года Болотников оставил калужскую крепость и ушёл в Тулу, откуда снова попытался начать наступление на Москву. Царское правительство выставило против мятежников новую армию. Её возглавил лично царь. В неё вошли полки Скопина, Урусова, Ивана Шуйского, Голицына и Ляпунова. На реке Восьме под Каширой 5–7 июня 1607 года болотниковцы стали теснить фланг царского войска. Однако один из отрядов повстанцев перешёл на сторону царских войск. А рязанцы Ляпунова зашли в тыл повстанцам. В повстанческих войска началась паника, и они бежали назад в Тулу.

12 июня 1607 года передовые полки царской армии под командованием Скопина-Шуйского вышли к Туле. В конце месяца с основными силами и артиллерией прибыл царь Василий.

Царская армия насчитывала 30–40 тыс. воинов, а у Болотникова и Лжепетра было около 20 тысяч. Укрепления Тулы были мощными, и болотниковцы упорно и храбро защищались. Делали вылазки, и отбили все приступы. Осада затянулась до октября. Чтобы вынудить осаждённых сложить оружие, царские силы построили запруду на реке Упа, которая протекала через город. Осенний паводок привёл к затоплению Тулы. Все запасы осажденных погибли, и в городе начались болезни и голод. Съели даже лошадей. Среди бояр начался разброд. Многие были готовы открыть ворота и выдать Болотникова, чтобы спасти свои жизни. Они направили Шуйскому послов «..бити челом и вину свою приносить, чтоб их пожаловал, вину им отдал, и оне вора Петрушку, Ивашку Болотникова и их воров изменников отдадут...».

Болотников убеждал людей держаться, и неоднократно призывал «Дмитрия» прийти на помощь, но без успеха. Тогда же Болотников был вынужден признать, что не может сказать точно, истинный или мнимый царь тот человек, которому он присягнул в Самборе. Тем временем Лжедмитрий II наконец появился в России, и разбил стан в Стародубе. В сентябре его армия начала движение, заняла Почеп, Брянск и Белев. В октябре передовые отряды самозванца захватили Епифань, Дедилов и Крапивну, вышли на подступы к Туле, но было уже поздно. Положение в Туле становилось всё более отчаянным. Смерть косила ратников и простых людей. Видя, что ситуация безвыходная, Болотников и «царевич», сами начали переговоры с царем Василием, предлагая ему сдать Тульский кремль взамен на сохранение жизни, в противном случае угрожая, что осада затянется до тех пор, пока жив хоть один человек. Шуйский дал такое обещание, и 10 октября 1607 года Тула капитулировала.

Болотников сдается Шуйскому.

Большая часть простых «тульских сидельцев» была помилована и распущена по домам. Но часть повстанцев задержали, и отправили в заточение по разным городам. Многие пленники были казнены. Болотникова и Илейку отвезли в Москву, где их допросили, после чего «воровского царевича» казнили в Москве, а Ивана Болотникова якобы сослали в Каргополь на русский Север, а там ослепили и утопили в проруби.

Но несмотря на подавление восстания Болотникова и гибель его лидеров, смута не прекратилась. Оставшиеся в живых «воры» примкнули к армии Лжедмитрия II, и приняли участие в новом походе на Москву. Но это уже другая трагическая история...

Зараза к заразе не пристаёт.....

1) обязательное водолазное обследование дна,

где на дне уже приготовлен кейс с деньгами.....))))

Предлагаю заодно поливать хотя бы один раз в день и пешеходов, страдающих от 30-градусной жары.

На Дворцовой петербуржцам помогает спастись от жары..

Известно как - ("дедуктивным методом"..)))))

Не читая!!!

Иван IV «Грозный» был первым русским царём, посетившим Калугу. Согласно летописям, Иван Васильевич впервые посетил Калугу в мае 1561 года. Царь Иван Васильевич, прозванный в народе Грозным, в отличие от домоседливого деда, под старость часто засыпавшего на троне, и своего отца, выезжавшего из Москвы только в определенные заранее сроки на богомолье или же на охоту, ошарашивал высших сановников и дворян внезапными позывами к поездкам. Хотя города и дороги Калужского края не являлись излюбленными, вышло так, что Иван Васильевич знал его лучше соседних и многих других. Сохранились сообщения о четырех посещениях царем Иваном под разными предлогами нашего края. Кому-то из местных аристократов они стоили головы, для кого-то оборачивались опалой. А некоторые прослойки населения получали непланируемый доход. Ну а народ, как водится, всегда ликовал.

Человек опасливый, государь не стал бы, конечно, шастать по лесам, где могли таиться разбойники. Столбовой в ту пору считалась дорога через Боровск, которая начиналась у Боровицких ворот Кремля. Она шла, минуя Малоярославец, на Калугу, оттуда сворачивала на Спасо-Преображенский Воротынский монастырь на Угре (восстановлен и открыт 13 октября 2022 года), и продолжалась в направлении Козельска. Другая дорога ответвлялась от Боровска, и велась сквозь чащобы лесов к Оболенску, расположенному в нижнем течении Протвы. Город являлся гнездом расплодившегося княжеского рода, получившего фамилию от его названия. Через богатое торговое село Рощу путники следовали к Калуге, проезжая по вотчинам различных семейств князей Оболенских, которые частенько получали туда назначения на пост наместников.

Весной 1561 года царь выехал из столицы и свернул на Оболенскую дорогу. Официальным объяснением поездки Ивана Васильевича послужила возникшая необходимость объехать села, числившиеся за дворцовым хозяйством, как будто при дворе не нашлось писцов и счетоводов. И уже 8 мая царя встречали в Оболенске, а после этого принимали уже в Калуге, Воротынске, Перемышле и в конце пути – в Козельске. С юности Иван любил полихачить верхом на коне. Потому царский возок, скорее, мчался стремительно, сворачивая с главной дороги на второстепенные. Состояние дворов в дворцовых селениях, разумеется, никого не интересовало. Намереваясь биться за Ливонию, не считаясь с потерями, Иван хотел удостовериться в преданности местной знати, среди которой сильно было влияние Дмитрия Курлятева, и других видных представителей рода Оболенских, а также братьев - князей Воротынских. Всех их царь подозревал в неблагонадежности. Один из героев взятия Казани Михаил Воротынский еще в марте попал в опалу, и находился в ссылке в Кирилловом Белоозерском монастыре. Первая документально подтвержденная поездка Ивана Грозного в наши края прямых последствий не имела, но с тех пор он в течении 15 лет, стал удалять нашему краю неослабевающее внимание. В жиздринских лесах начали вскоре строить сплошную двухрядную линию укреплений, состоявшей из засек, частоколов, и сторожевых городков с постоянными гарнизонами.

По пути в Калужскую городскую крепость царь заехал на богомолье в Лаврентьевский монас­тырь, где почтил память святого юродивого Лаврентия. Четыре года спустя, в 1565 году, Иван Грозный в жалованной грамоте монастырю писал: «Монастырю Рождест­ва Христова, где лежит Лаврентий Христа ради юродивый». Набравшись сил в Калуге, царь отправился дальше на богомолье в Козельск. Проехал он через Лютиков и Шаровкин монастыри, где заночевал. Здешние места так понравились Ивану Грозному, что долгие годы он щедро одаривал эти монастыри.

Калужский Лаврентьев монастырь.

В 1566 году царь отправился осматривать завершенные работы на козельской засечной черте, выбрав на сей раз для поездки Боровскую дорогу: «..того же месяца апреля в 29 день царь и великий князь ездил в объезде в Козельск, в Белев, в Болхов и оные украинные места...». Примерно годом раньше он вернул из Белозерской ссылки князя Михаила Воротынского, соавтора проекта по обустройству засек за рекой Жиздрой. Благодаря сведениям итальянского путешественника в папском Риме, старавшемся выпятить свою роль в борьбе христианских стран с турецким султаном, о Калуге тогда знали как о сильной крепости, обращенной против «турков», под которыми, несомненно, подразумевались и зависимые от султана крымские татары. Она входила в четверку мощнейших крепостей в России. Посещения царем Калужского края нельзя назвать заурядными, так как всегда они вызывали крутые перемены либо являлись следствием внешнеполитической программы. Последующие за ним монархи, посещениями наш край не баловали. Впрочем, в русском фольклоре известна пословица: подальше от царей - голова целей.

В 1576 году Иван Грозный вместе князем Василием Шуйским был в Калуге во время похода против 50 тысячного войска крымского хана Давлет Гирея, шедшего на Москву. Дойдя почти до Калуги, войско вдруг в страхе повернуло обратно, и это тогда посчитали настоящим чудом.

Первый московский царь Иван IV по прозвищу Грозный умер в марте 1584 года в возрасте 53 лет. Он имел при жизни множество врагов, и немудрено, что вскоре были сложены легенды об его насильственной смерти. Первыми распространителями слухов об убийстве Грозного царя стали, как всегда наши "друзья-иностранцы".

Англичанин Джером Горсей, восемнадцать лет бывший резидентом Лондонской Московской компании в России, излагал, со сплетен русских вельмож, историю об удушении Ивана Грозного его приближёнными по наущению Бориса Годунова. Станислав Жолкевский, стоявший во главе оккупационного польского корпуса в Москве в начале XVII века, также писал об убийстве царя по проискам Годунова, подговорившего царского врача дать тому яд. Нидерландский купец Исаак Масса, побывавший в России в это же время, тоже рассказывал об отравлении Ивана Грозного, только по инициативе не Годунова, а Богдана Бельского. Наконец, русский дьяк Иван Тимофеев, составивший свой «Временник» по окончании Смутного времени, называл и Годунова, и Бельского организаторами отравления царя.

Но источники о смерти Ивана Грозного утверждают, что уже в 50 лет он выглядел дряхлым стариком и болел задолго до смерти, но продолжал заниматься государственными делами. Резкое ухудшение состояния здоровья царя наступило за восемь дней до кончины. Небольшое улучшение произошло от принятия горячих ванн. В роковой день 18 марта 1584 года Иван IV чувствовал себя вначале сравнительно бодро, и даже играл в шахматы со своими придворными. Однако затем его внезапно постиг апоплексический удар. Смерть наступила так быстро, что Иван Грозный даже не успел принять монашеский постриг, какой обычно принимали все московские государи до него, почувствовав приближение кончины.

В 1963 году было произведено вскрытие погребения Ивана Грозного, которое должно было ответить и на вопрос о причинах его смерти. Учёные стремились изучить сохранившиеся костные останки, фрагменты тканей одежд, а также получить ценные антропологические данные. Особый интерес проявлял выдающийся антрополог Михаил Герасимов, чьи реконструкции лиц по черепам воссоздали облики многих исторических личностей. Он питал надежду получить доступ к черепу Ивана Грозного, чтобы воссоздать его подлинный облик, который до этого момента был известен лишь по прижизненным изображениям, не всегда точным.

Когда крышка усыпальницы была, наконец, поднята, учёных сразу же поразило необычное положение останков царя. Левая стопа оказалась повреждена, а руки лежали не так, как предписывал погребальный ритуал. В протоколе было зафиксировано: «Правая рука сильно согнута в локте, обращена ладонью к лицу. Левая рука согнута в локте, кисть покоилась на нижней части груди». Это отклонение от нормы сразу же вызвало вопросы и подтолкнуло к поиску объяснений.

Повреждение костей стопы довольно быстро нашло своё объяснение: оказалось, что в XIX веке, во время проведения ремонтных работ в соборе, какой-то нечистый на руку человек пробрался в гробницу через пролом в кладке. Об этом свидетельствовали закопчённые края отверстия: следы копоти от свечи или фонаря, которым злоумышленник освещал себе путь. По всей видимости, он искал ценности, но, наткнувшись лишь на останки и не найдя ничего представляющего интерес, покинул место. Что же касается необычного положения рук, то здесь мнения учёных разделились. Некоторые предполагали, что это могло быть частью некоего погребального обряда, характерного для XVI века. Например, что в руку усопшего государя могли вложить так называемую «разрешительную грамоту» важный документ, который должен был сопровождать его в загробный мир. Однако В. Кучкин предложил более прагматичное объяснение: он считал, что рука просто сползла вправо из-за механического смещения. И действительно, проведённые замеры подтвердили небольшой наклон гробницы царя вправо, что могло стать причиной такого смещения.

Следующая находка, которая по-настоящему озадачила исследователей, заключалась в поразительном несоответствии между состоянием скелета Ивана Грозного и его зубов. Царь скончался в возрасте 53 лет, и это был весьма солидный срок жизни по меркам того времени. Михаил Герасимов обнаружил на скелете множество костных наростов, так называемых остеофитов, характерных для очень пожилых людей. Эти изменения, судя по всему, причиняли Ивану Васильевичу сильнейшие боли, и значительно ограничивали его подвижность, делая царя фактически инвалидом. Однако состояние зубов царя вызывало полное недоумение. Их степень изношенности и общий вид соответствовали возрасту человека не старше 30 лет. Это кажущееся противоречие было объяснено довольно редким феноменом: предположительно, у Ивана Грозного молочные зубы выпали чрезвычайно поздно, лишь к 35–40 годам. Стоматологи подтверждают, что, хотя это и является исключением из правил, такие случаи в медицинской практике встречаются, хоть и крайне редко.

В то же время не было обнаружено признаков насильственной смерти. Руководивший эксгумацией профессор антропологии Михаил Герасимов отметил в своём отчёте, что содержание мышьяка в костях покойного не превышало нормы. Содержание ртути было повышенным, однако оно наблюдается почти у всех лиц, умерших в то время. Это не обязательно свидетельствует о целенаправленном отравлении (хотя, вероятно, накопление ртути в организме могло во всех случаях приблизить смерть), ибо ртуть входила тогда в состав многих лекарственных препаратов.

Гробница Ивана Грозного его сыновей Федора и Ивана.

Таким образом, гипотеза отравления Ивана Грозного остаётся недоказанной, но и не опровергнутой. Ну, а версию об его удушении вообще нельзя проверить никаким образом. Так что каждый историк по-прежнему волен верить в этой истории в то, во что ему хочется. Как, кстати, и в истории о смерти Сталина, который впервые в России возвёл личность Грозного царя в культ.

Иван Грозный был гораздо более сложной и неоднозначной фигурой, чем образ безумного тирана, каким его порой неоправданно некоторые представляют в массовой культуре. Его правление проходило в эпоху ожесточенных войн и внутренних конфликтов, где решения принимались в условиях крайней нестабильности. Он был сыном своей эпохи, и его его личные драмы и страхи отражали суровую реальность XVI века...

Ни себе ни людям...Обыкновенные дебилы!!!

В конце XIX века это здание принадлежало купцам Позняковым, известным представителям торговой элиты Тарусы. В 1893 году здесь открылась гостиница купца Лаврентия Яковлевича Познякова с буфетом и пятью номерами. Годовой оборот по тем временам был солидным - 1000 рублей. Жизнь обитателей кипела. Тем более, что в этом заведении был бильярд и музыка.

Купцы Губкины, старинный калужский купеческий род. Видным представителем этого рода был калужский бургомистр Иван Григорьевич Меньшой Губкин, который известен нам, как автор произведения «Драгоценная память, или Разные записки, собранныя из записок Григория Васильевича Губкина: продолжаемыя сыном его Иваном меньшим Губкиным в Калуге в 18-ом столетии».

Это произведение представляет собой дневниковые записи, составленные представителями старинной семьи калужских купцов. В записках отражена жизнь Калуги, начиная от повседневного быта жителей, и заканчивая описаниями природных явлений и различных городских происшествий.

Известно, что супругой Ивана Григорьевича была Пелагея Петровна Сапожникова. Его сын Александр Иванович был гласным (депутатом) Городской Думы Калуги. Жили Губкины на углу нынешних улиц Ленина и Карпова, 115/16 в трехэтажном полукруглом здании с лавками на первом этаже.

Скончался Губкин Григорий Васильевич в возрасте 62 года, о чём и сделал запись его сын: " 1769 года апреля 25 преставился раб Божий Григорий Васильевич Губкин. Жил около 62 лет был женат на двух женах 1 из роду Алифановых или Евсеевых. 2-я Алексея Лукича Папкова дочь Прасковья..."

Американский клён можно спилить вне очереди под самый корень!!! Нет вырвать вместе с корнем, чтобы и духу не было.....

Неполный список "рабов на галерах"....

Мат, как показатель благосостояния граждан, и отношение их к местным властям!!!

«Я баловень судьбы…. Богатство, почести, высокий сан…». Так писал о себе великий князь Константин Константинович Романов. Действительно баловень судьбы, без кокетства и преувеличения. Императору Николаю I он приходился внуком, а его отец Константин Николаевич был младшим братом императора Александра II. Впрочем, запутаться в великих князьях Романовых немудрено, сплошь Александры, Николаи, Константины, да Михаилы. Но, такова была воля их родителей. Видимо поэтому у всех Романовых были милые домашние прозвища.

Псевдоним Константина Константиновича – К.Р., именно так он подписывал свои стихи. Родился 10 августа 1858 года, как и все Романовы получил военное, а также прекрасное домашнее образование образование, с детства готовился к службе на флоте. В 16 лет произведен в гардемарины и на фрегате «Светлана» в составе русской эскадры отправился в двухгодичное плавание. Во время русско-турецкой войны мичман Константин Романов потопил турецкий корабль, был награжден Георгиевским крестом IV степени.

После этого участвовал во многих сражениях, и был на войне до самого ее окончания. После подписания мира вернулся в Петербург уже в чине лейтенанта флота и еще несколько лет участвовал в дальних походах по морям и океанам. В 1882 году он уволился с флотской службы, и становится командиром лейб-гвардии Преображенского полка, где под его началом проходил службу наследник престола, будущий император Николай II. Великий князь был образованнейшем человеком своего времени, прекрасный музыкант, поэт, не Пушкин, конечно, но его стихи прекрасно ложились на музыку. Подписывал свои стихи К.Р.- Константин Романов. Дружил с композитором Петром Ильичом Чайковским, и преклонялся перед творчеством Достоевского. Отлично знал языки и лично переводил Шекспира и Шиллера. Увлекался театром и устраивал литературно-художественные вечера для офицеров. Писал и ставил пьесы, с успехом сыграл Гамлета.

И хотя офицеры больше предпочитали цыган и кутежи, но всё же педагогические усилия великого князя были замечены, и он становится начальником всех военно-учебных заведений. Его тогда называли «отцом всех кадет». «Для других я военный. Для себя же я поэт...» - писал князь в своем дневнике.

В 1884 году он женился на немецкой принцессе Елизавете Августе Марии Саксен-Альтербургской. Венчался он 15 апреля 1884 года в соборной церкви Зимнего дворца по православному обряду. Она была праправнучкой императора Павла I, и приходилась великому князю троюродной сестрой. По приезде в Россию она стала просто Елизаветой Маврикиевной, а среди Романовых получила прозвище Мавра.

Супруга великого князя в Православие так и не перешла, и осталась лютеранкой. Русский язык за всю свою жизнь в России так и не освоила, а муж и дети общались с ней по-немецки.

Константин Константинович звал жену очень ласково Лилинька, и пытался увлечь её поэзией, литературой, театром. В своем дневнике он писал, что читал своей жене вслух «Преступление и наказание» Достоевского. Читал на немецком, а супруга..... задремала. Для великого князя это стало потрясением. После этого случая, занятия по просвещению жены закончились. Зато у Мавры было другое призвание, она умела рожать детей. В браке с Константином она родила шесть сыновей: Иоанна, Гавриила, Константина, Олега, Игоря и Георгия, также трех дочерей: Наталью, Татьяну и Веру.

Неожиданно для себя Константин Константинович стал основным наследником огромного состояния своего отца. Так как из наследников был вычеркнут старший брат Николай, за кражу фамильных драгоценностей. Романовы вычеркнули Николая из своей жизни, даже говорить о нем в кругу семьи было не принято. За этот грех он был лишен титула и фамилии, и выслан в Туркестан. И только Константин навещал брата. Безупречный Константин, считал, что не имеет право судить, так как грешен не меньше чем старший брат.

У Константина Константиновича был секрет, тайный грех, которого он стыдился - он был геем. Это стало известно через много лет после его смерти, когда опубликовали дневники великого князя. Невинность великий князь Константин потерял в девятнадцать лет, в заморском борделе, и этот опыт так ему не понравился, что он не повторял его до двадцати шести лет, до самой женитьбы. А на корабле великий князь сблизился с одним из офицеров, и этот любовный опыт понравился ему гораздо больше. Так началась его двойная жизнь. Дворцовые приемы, смотры, полковые обеды, заседания Академии наук, встречи с учеными и композиторами, творчество: сочиняя, он был по-настоящему счастлив.

И бани, полковая и обычные, городские. Там великий князь встречался со своими любовниками, банщиками, простыми мужиками. В самом центре Москвы круглосуточно работали бани, где каждый желающий мог заказать себе «банщика», который на самом деле был всего лишь представителем древнейшей профессии. Кто то работал из-за денег, другие ради собственного удовольствия. Как правило, это были молодые ребята из глубинок, учащиеся университетов или работающие в столице на не слишком перспективных предприятиях. Услугами же их пользовались богатые представители элиты.

И князя сильно занимало то, почему его не привлекают те, кто хотя бы отчасти был ему ровней, светские, образованные люди. На тему того, что в семье Романовых были представители нетрадиционной ориентации, историки не слишком любят распространяться. Очевидно, не желая порочить память некогда царствующей династии. Однако, как не крути, а слов из песни не выкинуть, и факт остаётся фактом. Как минимум трёх членов семьи Романовых можно без всяких сомнений считать мужеложцами. При этом сами они хоть и не стремились афишировать о себе столь интимную информацию, но все же и не особо скрывали свои пристрастия. По крайней мере все члены семьи были в курсе происходящего, принимали это спокойно, и даже не слишком осуждали родственников.

Вообще, на тот период мужеложство было довольно модной практикой в Царской России. С грехом пытались бороться, но не слишком активно. Судебные заседания по подобным делам чаще всего организовывались на Кавказе, а в центральной части России людей не слишком беспокоило, кто и чем увлекается. В конце-концов Константин Константьинович решил, что это своего рода снобизм - только вывернутый наизнанку. Ведь женился он по сердечной склонности, и их семья не только с вида была дружной и счастливой. У него было всё, что нужно для счастья, но какой-то бес постоянно тянул его в баню, и там он развлекался со своим постоянным любовником, или находил новых. Ему было мерзко, стыдно, он пытался освободиться, иногда воздержание длилось годами, но потом всё повторялось.

Когда началась Первая мировая, пять сыновей великого князя отправились на фронт. Вот, что писал в своем дневнике, любимый сын Олег, унаследовавший от отца любовь к литературе и поэзии. «Мы пять братьев едем на войну со своими полками. Мне это страшно нравится, так как это показывает, что в трудную минуту Царская Семья держит себя на высоте положения. Пишу и подчеркиваю это, вовсе не желая хвастаться. Мне приятно, мне радостно, что мы, Константиновичи, все пятеро на войне....»

А затем Константину Константиновичу написал шантажист, у которого был "товар": история о его свидании с банщиком, после которого великий князь дал любовнику двадцать рублей. Эта информация могла попасть в газеты, и это стало бы концом всему: доброму имени, семейной жизни, уважению близких. Великому князю было жутко. И он начал вспоминать то, о чём писал шантажист, и понял, что-то не сходилось: тогда он не встречался в бане. Но откуда-то же тот об этом узнал? Значит, его тайна перестала быть тайной, и об этом могут пронюхать другие. Константин Константинович не стал отвечать шантажисту, но и тот не выполнил свою угрозу, и больше не появился в его жизни, но потрясение оказалось слишком сильным. После этого великий князь забыл о содомском грехе. Он всю жизнь боролся с искушением, победить его помог пережитый им ужас.

После этого жизнь Константина Константиновича перестала быть двойной, но и продолжалась она не слишком долго. Всю свою жизнь Константин Романов вёл дневники, которые завещал опубликовать через 90 лет после своей смерти. Однако они стали достоянием общественности гораздо раньше. Дневниковые записи великого князя, переданные К. Р. в архив Российской академии наук с условием опубликования не ранее, чем через 90 лет после его смерти были опубликованы в 1994 году, и содержат упоминания о гомосексуальных контактах Константина Константиновича: "Мой тайный порок совершенно овладел мною. Было время, и довольно продолжительное, что я почти победил его, от конца 1893-го до 1900-го. Но с тех пор, и в особенности с апреля текущего 1903 года, опять поскользнулся и покатился (и до сих пор качусь), как по наклонной плоскости: всё ниже и ниже..." Очевидно, князь, будучи человеком благородным, имея семью - супругу и семь детей, считал свою ориентацию пагубным пристрастием, грехом, который приведёт его к ожидаемой расплате перед Господом. Однако устоять перед искушением был не в силах.

Великий князь Константин Константинович Романов, внук Николая I, скончался 15 июня 1915 года в Павловске. Он умер прямо в своём рабочем кабинете, не столько от болезни, сколько от горя. Перед этим на фронте был убит его сын Олег. Его взвод опрокинул вражеских кавалеристов, но Олег Константинович был смертельно ранен в живот. Отец с матерью едва успели попрощаться со своим двадцатилетним сыном, и великий князь успел вручить умирающему сыну крест Святого Георгия IV степени. Олег Константинович был единственным из Романовых, погибших на этой войне. Остальных сыновей великого князя срочно отозвали из действующей армии, и решили поберечь. Но не сберегли. Игоря, Ивана и Константина убили после революции, их живыми сбросили в шахту. Но, к счастью великого князя он до этого не дожил, скончавшись в возрасте 57 лет, от сердечного приступа.

Великий князь избежал участи своих детей и родственников, его не ударили обухом топора по голове, и не сбросили в шахту, он не увидел, как рушится его мир. Великий князь не узнал, что склеп, где лежал убитый на войне его сын Олег, разграбили, а тело выбросили на дорогу, и оно валялось там пять дней. Самый утончённый и образованный, самый одаренный и порочный из Романовых ушёл вместе со своей эпохой, и не увидел, как всё, что ему было дорого, захлестнули кровь и варварство.

Его вдова Мавра, после Февральской революции с трудом выбралась на родину в Германию, где и умерла в 1927 году. Самую долгую жизнь прожила их дочь Вера, в возрасте 94 лет она скончалась в Америке в 2001 году.

Игуменья Тамара.

Осталась жива и дочь Татьяна, которая в 1947 году в Женеве, была пострижена в монашество с именем Тамара, а позже переехала в Иерусалим, где около четверти века несла послушание игуменьи Спасо-Вознесенского женского монастыря....