«Я лишь звено в цепочке добра»

Елена ФРАНЦУЗОВА. Фото из личного архива Татьяны Похиленко.
Опубликовано: 24.12.2019 12:34 0 727
«Я лишь звено в цепочке добра»

На счету Татьяны ПОХИЛЕНКО сотни спасённых младенческих жизней.

— Прости, но я не готова воспитывать больного ребёнка. У мальчика — синдром Дауна. Он мне не нужен, — ​с этими словами женщина тут же бросает трубку и отключает телефон.
Но Татьяна Похиленко всю ночь упрямо строчит SMSки. А рано утром умоляет главврача пустить её к роженице.
— Тебе 43 года. Ты одинока. Шанса родить может уже не быть, — ​говорила Татьяна. — ​А сын всегда будет с тобой, будет любить тебя.
— Я живу в общежитии. Не могу видеть косые взгляды соседей. Мне стыдно, — ​отвечала роженица.
— А если я сниму тебе жильё, ты не бросишь его?

Центр «Жизнь»

Серая хрущёвка с ярко-­жёлтой вывеской «Жизнь» на первом этаже. Небольшое помещение заставлено упаковками с макаронами, крупами, мишурой. В углу свалены пакеты с пелёнками, распашонками и другими вещами.
— Завтра меня положат в больницу, — ​коверкая слова, шепчет руководителю центра «Жизнь» женщина средних лет. Серая шапка, серая куртка, и сама она какая-­то вся бесцветная, сливается с окружающей обстановкой.
— Вы можете на нас рассчитывать, — ​отвечает Татьяна Похиленко. — ​Если ребенку нужны вещи, сообщите.
Женщина уходит. А Татьяна плотнее заворачивается в шаль.
— Ой, что-­то меня знобит, перенервничала, — ​извиняясь, говорит она. — ​Дайте мне минутку, приду в себя, и мы пообщаемся.
— Мне пришлось эту женщину поругать, — ​позже объясняет Татьяна. — ​Хотелось даже отказать в помощи. Но я себя усмирила: в конце концов, ну кто я такая, чтобы судить.
Она про нас знала давно. Четыре аборта сделала, но к нам не обращалась!
Кабинет Татьяны увешан плакатами с улыбающимися младенцами.
— Когда я только начинала, то думала: «Если мне удастся спасти хотя бы одного ребёнка, то я буду знать, что это всё было не зря!». Сейчас речь идёт о сотнях спасённых деток, — ​говорит она. — ​Это огромное счастье.
Матери-­одиночки, вдовы, многодетные семьи — ​постоянные посетители центра. Им помогают продуктами и вещами. Сюда же приходят женщины, которые хотели избавиться от ребёнка, но, поговорив с Татьяной или психологами, передумали.

Рука помощи

— Когда женщина стоит перед выбором, прерывать беременность или нет, ей кажется, что всё плохо. Это как лошадь с зашоренными глазами, которая не видит ничего вокруг. Винит себя. Хотя без мужчины беременность не наступает. Кто-­то идёт на аборт сам, кого-­то мужья или матери посылают. Беременной очень страшно остаться одной, ей так хочется услышать: «Да найдём мы лишнюю тарелку борща!» Важно, чтобы рядом оказался человек, на которого она сможет надеяться. Почувствовав поддержку, ей легче принять решение, — ​говорит Татьяна.
С 2012 года в России действует «закон тишины». Женщине, решившейся на аборт, врач даёт несколько дней на обдумывание. Кроме того, её посылают к психологу. 
Татьяна по образованию — юрист. Занявшись благотворительностью, выучилась на психолога, заключила договор с нашим Мин­здравом. Была одной из первых, кто консультировал решивших прервать беременность.
— Мы не заставляем их сохранить ребёнка. Это решение они должны принять сами, — ​подчёркивает Татьяна. — ​Мы лишь рассказываем о том, как выглядит малыш сейчас. Объясняем, как происходит аборт. Многие этого не знают. Я никогда не встану на сторону женщины, которая решила прервать беременность, какую бы слезливую историю она мне ни рассказала. Считаю, что это не выход. Но моя задача не осудить. Это как объяснять ребёнку, почему нельзя трогать спички. А он всё же потрогал и обжёгся. И таким женщинам с этим жить. К нам приходили калужанки, которые жалели о своём поступке, кричали: «Верните мне моё дитя!». А уже всё…
Есть и такие, кто, прерывая беременность, «предохраняется». Когда спрашиваешь, сколько было абортов, отвечают: ​40. Так и хочется спросить: «Вы не знаете, что такое презервативы?» Печально, когда женщины идут на аборт после ЭКО. Этого я вообще не понимаю. К примеру, одна узнала, что у мужа есть любовница. Так она уже, считай, его потеряла, а родить много лет не могла, и вот наконец-то ей дан ребёнок...

В центре «Жизнь» оказывают помощь семьям, попавшим в трудные ситуации.​


Испытано на себе

Сейчас в семье Татьяны — четверо детей: ​три девочки и мальчик. Второй раз она забеременела, когда дочери было всего восемь месяцев. Жуткий токсикоз и страх, что с погодками не справиться.
— Мной до сих пор движет покаяние. Я хотела этого ребёнка и в то же время боялась его оставить. Я помню то состояние. Надежда была, что близкие поддержат. Я — к маме, она мне: «Не ты первая, не ты последняя». Я — к мужу, а он: «Да когда это закончится! Ты же мне даже яичницу нормально пожарить не можешь! Тебя всё время тошнит». Этот груз мне казался непосильным. Было чувство, что я осталась совсем одна. Я пошла на аборт. Пошла на раннем сроке. Тогда думала, что, чем меньше будет ребёночку, тем меньше он будет мучиться. Теперь знаю, что это не так.
Врач назначил дату на день рождения моего мужа. И теперь каждый год в этот день мы с супругом волей-­неволей вспоминаем об этом. Мне лишь недавно удалось эту ситуацию проработать с психологом. Для меня сам поступок неисправим. Я как тот человек, которого ударило током и он теперь говорит другим: «Не подходите. Будет больно».
Вся моя жизнь делится на до и после аборта.

Изнанка

Периодически в сетевых магазинах проводятся акции: любой покупатель может приобрести продукты для подопечных центра «Жизнь». Муж Татьяны развозит волонтёрам экипировку и буклеты.
— Что-­то в магазине на Октябрьской никого нет, — ​кричит взволнованный супруг в трубку.
— Так рано ещё, — ​спокойно отвечает Татьяна. — ​Подожди, сейчас подойдут.
— Муж поддерживает меня не только морально, но и активно участвует во всех начинаниях, — ​говорит Татьяна.
Порой, чтобы помочь роженице, Похиленко залезает даже в семейный бюджет.
— Лично общаюсь с теми, кто приходит за помощью. В разговоре сразу видно, врёт человек или нет. Мне не нужны справки о доходах, составе семьи. Я редко, но всё же отказываю людям в случае злоупотребления и хамства. Недавно пришла женщина с родственниками: «Я беременна, мне негде жить. Давайте мне жильё. Мне хочется того, этого». Я сразу её осекла: «Мы не государственная организация. С требованиями — ​в соцзащиту». — «А нам сказали, что вы помогаете!» — ​«Помогаем, но не собираемся вас содержать».
Мне приходится быть жёсткой, строю из себя Снежную королеву. Того, кто действительно нуждается, это не отпугнёт. Часто спрашиваю: «Почему вы ничего не изменили в своей жизни? Что вы сделали, чтобы этого не было?»
Были случаи, когда я проявляла мягкотелость, показывала,что переживаю, и это для меня важно. Люди злоупотребляли: домой приезжали, по ночам звонили. Постоянно что-­то дай! И я поняла, так нельзя. Человек так устроен, что если ему давать, то он начинает думать, что ему обязаны. Дважды женщины требовали что-­то от меня со словами: «Я же сохранила ребёнка!» Одна из них пришла на прерывание на сроке 16–18 недель. А это уже криминальный аборт. Её послали ко мне, почему-­то не объяснив деталей.
Она заходит, фактически открывая дверь ногой, мол, я пришла насчёт аборта договариваться. Стала объяснять, что это опасно для её здоровья. Спросила, в чём причина, чем можно помочь. Она ответила: «Я хочу жить отдельно от родителей». В итоге договорились, что я в течение полугода буду платить по 5000 за её жильё.
Другая женщина пошла на аборт, имея троих детей. Оказалось, что семья живёт в строительном домике. Сняли ей квартиру. Потом мне пришлось даже закрывать её кредит.
До сентября прошлого года Татьяна снимала трёхкомнатную квартиру для мам, которым некуда пойти с малышами. Как правило, женщины жили там недолго, чуть удавалось встать на ноги — ​уходили. Но одна из них жила в течение трёх лет, не пытаясь что-­то изменить.
— Она оказалась инфантильной барышней. Первая беременность — в 43 года. Поговорив со мной, сохранила ребёнка. Мальчик родился с синдромом Дауна. Она жила в общежитии, снимала койко-­место. Мы ей сняли квартиру. Подопечные нашего центра помогали с продуктами, с одеждой. Дошло до того, что она на три месяца летом уезжала к маме в Тулу, а я платила за пустующее жильё. Моя семья сама живёт в съёмной квартире. Тянуть вторую — ​это слишком. А тут как раз открылся приют «Материнский ковчег». Я договорилась, что она сможет жить там. Но женщина предпочла вернуться с ребёнком в общежитие.
Я не жалею о потраченных деньгах. Теперь она не стесняется своего ребёнка, очень сильно его любит. Мальчик, действительно, чудесный.

Связанные одной цепью

Татьяна уверена: для того, чтобы помогать, не нужно иметь много денег, главное — ​желание.
— У меня нет зарплаты, нет сотрудников, нет никакого дохода. Я делаю, потому что для меня это важно. Один не спит сутками, работая на производстве, отдачу получает в виде славы, денег, почестей, каких-­то льгот. Я — ​живыми детьми, судьбами, меняющимися отношениями. Это для меня важно.
Казалось бы, выдали ерундовые продуктовые наборы, а кого-­то они поддержали до получения пособия. Не бывает помощи маленькой. Я лишь звено в цепочке добра.
Руководитель центра заметила, что людям легче помочь какими-­то конкретными вещами, а не деньгами.
— Я редко устраиваю денежные сборы, — ​говорит она. — ​В нашей группе подопечные пишут, кто чем может помочь: ​продуктами, вещами.
Татьяна подключила к своей деятельности салоны красоты, кондитеров и актёров. Мастера двум-­трём женщинам в месяц бесплатно делают стрижки, маникюр, маленьким именинникам пекут торты, несколько семей имеет возможность сходить в театр.
Сейчас Татьяна открыла в центре клуб «Многодетки». Здесь проводятся бесплатные занятия не только с детьми, но и с мамами.
Городская управа предоставила Татьяне в безвозмездное пользование помещение для центра на 15 лет, она сама выиграла грант на оборудование, ищет деньги на ремонт.
— Иногда у меня силы заканчиваются, я говорю мужу: «Больше не могу!» Запираюсь на пару часов одна в комнате, делаю переадресацию звонков на телефон супруга. А потом начинаю волноваться: а вдруг пропустила какой-­то важный звонок, от которого зависит чья-­то жизнь? Беру телефон и начинаю всем перезванивать. 

   Мамы говорят  
Екатерина К.
— Центр «Жизнь» — ​моя вторая семья. Татьяна — молодец, всех нас познакомила и подружила. Со многими девчонками общаемся очень тесно. Татьяна всем нам помогает. Меня так вообще спасла от большого греха. Благодаря ей в нашей семье появился четвёртый ребенок. Это замечательный, милый и, как оказалось, долгожданный мальчуган. Татьяна отговорила меня делать аборт, хотя моя мама очень на этом настаивала. У нас была единственная маленькая квартира, которую мы решили продать и построить на эти деньги дом. Участок купили, дом построили, а на всё остальное денег не хватило. Рожать четвёртого в этих условия было безумием, но Татьяна поддержала и помогла сделать правильный шаг, за что теперь моя семья ей очень благодарна, и у нас есть замечательный малыш. А остальное — ​пустяки, всё наладится.
Олеся А.
— У меня четверо детей — ​три мальчика и совсем маленькая дочка. В центр «Жизнь» попала случайно, по совету подруги. В тот момент было очень тяжёлое материальное положение, от бывшего мужа — помощи никакой.
Татьяна помогала и с продуктами, и с одеждой для детей. В прошлом году я начала встречаться с мужчиной, который, по его словам, не мог иметь детей. А через пару месяцев я узнала, что беременна. Он, естественно, не поверил, что станет папой, и мы с ним расстались. Я была в отчаянии. Первые мысли: ​не справлюсь, и нужно избавиться от ребенка. Поделилась своей бедой с девочками из нашей группы. Татьяна об этом узнала, отправила к  психологу Ирине. После разговора с ней я приняла решение оставить ребенка. Татьяна помогла мне собрать всё необходимое: одежду, памперсы, кроватку… Всю беременность морально поддерживала, помогала с лекарствами, когда была необходимость их принимать… В середине мая я родила дочку, о которой на самом деле всегда мечтала. И всё это — благодаря Татьяне и нашим девочкам из центра «Жизнь», которые помогли мне одуматься и принять правильное решение.
Алёна И.
— Мы с мужем оказались в Калуге по программе переселения соотечественников. У нас есть взрослая дочь, у которой уже своя семья. Мы только недавно приехали, с документами ничего ещё не понятно, постоянной работы у мужа не было, и тут — такое. Думала, климакс начался! Беременность оказалась полной неожиданностью. Когда мы пришли на аборт, с нами побеседовала психолог и дала координаты Татьяны. По дороге к ней я зашла в часовню поставить свечку Богородице. На выходе матушка дала мне небольшой листик, на котором было написано о грехе аборта и молитва. Это был знак свыше. С Татьяной мы долго беседовали, и теперь у нас есть сыночек, наше счастье. 
Страшно подумать, что его могло не быть. Татьяна очень чуткий, отзывчивый, ответственный и добрый человек. При всей своей загруженности — ​у неё своя семья — она находит силы, время, терпение. Каждую ситуацию она пропускает через своё сердце и очень переживает за каждую женщину и ещё не родившегося малыша. 

Самые важные новости Калуги и области. Оперативно, интересно, объективно. Подписывайтесь на наш телеграм канал @kp40ru.

Елена ФРАНЦУЗОВА. Фото из личного архива Татьяны Похиленко.
Опубликовано: 24.12.2019 12:34 0 727
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми Ctrl+Enter

Какое впечатление произвела на вас эта новость? Нажмите на кнопку ниже и передайте ей свое настроение!

 
 
 
 
загрузка комментариев