Нестареющая классика от лучших коллективов страны
В Калуге открылся VII фестиваль «Старейшие театры России».
Среди участников форума традиционно представлены театры, основанные не менее века назад. В нынешнем году таких набралось 12, хотя всего было подано 53 заявки.
На сцене — школьная программа
В основном представлена классика — «Господа Головлёвы», «Иванов», «Братья Карамазовы»: директор фестиваля Александр Кривовичев заявил, что не знает ничего современнее, чем Островский и Достоевский. Правда, в новом сезоне появились и некоторые новшества. Во-первых, речь идёт о программе «Актёр & коврик», являющейся смотром моноспектаклей. Строго говоря, это не совсем новинка, работы в этом довольно редком жанре в рамках фестиваля демонстрируются уже во второй раз, и для экспериментов выделена малая сцена. А вот второй проект — биеннале «Калуга театральная» — действительно свежий. Его смысл — в расширении сценического пространства в городе: впервые фестиваль шагнул за пределы большой и малой сцен драматического театра и задействовал площадки лаборатории Pro Art’s, ИКЦ, Театра кукол, ТЮЗа…
Питер вместо Ярославля
Красочное открытие фестиваля прошло у главного входа в драмтеатр. Актёры-музыканты играли популярные мелодии, детей развлекали живые скульптуры и клоуны с мыльными пузырями, а зрителей постарше радовали красивые девушки в вечерних платьях, выносившие таблички с названиями всех 12 театров-участников, почти как номера раундов в боксе.
Обычно фестиваль открывал действительно старейший в России Ярославский театр драмы имени Волкова, основанный в 1750 году. Но на этот раз труппа отправилась в гастрольный тур по городам Сибири в рамках федеральной программы, так что отказаться или перенести выступления возможности не было.
Поэтому почётное право выступить первыми доверили санкт-петербургскому театру «На Литейном» с постановкой «Отцы и сыновья». По словам режиссёра Сергея МОРОЗОВА, это своего рода программное высказывание, определяющее всю дальнейшую перспективу его театра. В нём соединяются русская классическая основа (роман Тургенева «Отцы и дети») и её европейское переосмысление (собственно текст ирландского драматурга Брайана Фрила «Отцы и сыновья»).
Театр, наука и спорт
Пресс-конференция началась с весёлых актёрских баек. Сергей Гамов, играющий в спектакле Павла Кирсанова, вместе с премьерой отмечал свой день рождения, поэтому был в приподнятом настроении.
Он рассказал, как в детстве хотел сменить фамилию на более «актёрскую» — Богдашевский или что-то в этом роде, но однажды на уроке астрономии узнал, что на обратной стороне Луны есть кратер Гамов. Тогда Сергей начал интересоваться биографией великого однофамильца и решил не трогать свою «научную» фамилию. А со «спортивной» носительницей этой фамилии, волейболисткой Екатериной Гамовой, актёр даже однажды танцевал и, по его собственным словам, «дышал ей в грудь».
Режиссёрская версия
Но вскоре слово взял режиссёр, и разговор стал более серьёзным.
— Я не могу сказать, что сейчас существует нигилизм в том виде, в каком был описан Тургеневым. Но для нашего времени характерна мощная потерянность поколения, которое ищет свои принципы, — объясняет свой выбор постановки Морозов. — И ещё очень важен, как я его называю, вопрос породы: насколько мы можем и должны выпрыгнуть из рамок, в которые нас ставят наследственность, среда, образование, воспитание и прочие факторы. И трагедия Базарова в том числе и в этом.
Также режиссёр объяснил некоторые принципы работы над постановкой:
— Для меня очень важен актёрский состав, поэтому я старался уделить максимум внимания каждому персонажу. Именно поэтому возникает ощущение, что нет деления на главные и второстепенные роли.
Отцы vs сыновья
Спектакль почти собрал аншлаг. Но сначала зрителей помариновали официальной частью с выступлениями представительницы федерального Министерства культуры, заместителя губернатора Горобцова и других серьёзных людей. Учитывая, что постановка длилась больше трёх часов, все эти речи хотелось «промотать».
Но вот на сцене — ничего и никого лишнего: только актёры и декорации. Пространство разделено надвое лёгкой занавеской, которая, в зависимости от мизансцены, может распахиваться, задёргиваться или приоткрывать необходимую для действия часть сцены. Основное место — аскетично оформленная веранда, есть также гостиная Кирсановых с фортепиано и небольшая гостевая комнатка-каморка, где поселяется Базаров и где он мелом на доске намечает свои идеи.
Декорации, костюмы, режиссёрские ходы и актёрская игра остаются в рамках классической постановки по шедевру XIX века со всеми «за» и «против». То спокойная, то сходящая с ума музыка Каравайчука немного плакатно расставляет эмоциональные акценты, а иногда акустические маркеры усиливаются ещё и световыми. Когда того или иного героя буквально выхватывает из темноты луч прожектора.
Такие лобовые ходы несколько смазывают впечатление от действительно хорошей актёрской игры, в первую очередь — «отцов»: Александра Цыбульского (Николай Кирсанов), Сергея Гамова (Павел Кирсанов) и Александра Рязанцева (Василий Базаров), на которых во многом и держится спектакль.
Нельзя сказать, что игра остальных не на уровне, но когда «старая гвардия» покидает сцену, следить за постановкой становится не так интересно.
Жизнь после смерти
Комические и трагические эпизоды здесь разделены как-то уж слишком чётко, и если весёлые сценки сыграны мастерски, то моментам повышенного эмоционального накала доверяешь не до конца, во многом за счёт уже упомянутого утрирования, передаваемого светом и музыкой.
Впрочем, именно сцена смерти Базарова кажется одной из наиболее сильных в спектакле. К тому же поставлена она в экспериментальном ключе — с размытым временем: мы видим одновременно умирающего Евгения и то, как общается его отец с приехавшим почтить память друга Аркадием.
Однако в постановке, в отличие от романа, смертью действие не заканчивается. В последней сцене события происходят уже через 4 недели после кончины Базарова. Николай Петрович готовится к свадьбе с Фенечкой, Аркадий скоро женится на Кате, и все снова спорят, ругаются и мирятся.
Продолжается жизнь, но уже не такая, как раньше: Базаров изменил практически каждого персонажа. И всё-таки в диссонанс верится почему-то больше, чем в примиряющий звон бокалов в самом финале.
P.S.
Фестиваль «Старейшие театры России» завершится 22 сентября премьерной постановкой Калужской драмы. Главный режиссёр Владимир Хрущёв покажет пьесу Островского «На всякого мудреца довольно простоты».
На Александре ЦЫБУЛЬСКОМ держится вся постановка.
Аристократический ужин у Кирсановых.
Семейство Кирсановых: Павел Петрович (Сергей ГАМОВ), Аркадий (Виталий ГУДКОВ) и Николай Петрович (Александр ЦЫБУЛЬСКИЙ).
Уютные посиделки у Базаровых.
