Шаг навстречу

Как людей с тяжёлыми ментальными нарушениями готовят к самостоятельной жизни.

Ира держит в руках иголку. Нитка никак не попадает в ушко, хоть плачь. Но девушка не сдаётся, терпеливо повторяя одно и то же движение. Напротив неё улыбающаяся Юля старается пришить пуговицу. Руки не слушаются, иголка «гуляет».

— Пуговицу пришить — это вам не шапку сшить! — подбадривает педагог Татьяна МАМОНОВА.

На столе лежит коробка, в которой пуговицы разложены по цветам, форме и даже количеству отверстий.

— Трудно, но ничего, за урок мы справились. Закрепим? Итак, надо ниточку и ткань подобрать, красивый узелок сделать. Тренируемся на салфетке! — обращается Татьяна Степановна к своим подопечным. Каждое движение девушек педагог сопровождает комментариями, похвалами — старается помочь.

Со стороны всё это выглядит странно. Казалось бы, ну что может быть легче, чем пришить пуговицу, вставить нитку в иголку. Но для Юли и Иры это действительно сродни подвигу. Ещё совсем недавно они не могли и этого.

Нелишние люди

Зачастую после 18 лет люди с ограниченными возможностями оказываются в социальном вакууме. Центров, которые помогали бы им развиваться, практически не существует. Их жизнь ограничивается четырьмя стенами квартиры, а круг общения — родными.

Поэтому год назад Калужский реабилитационно-­образовательный комплекс (КРОК) открыл группу социальной адаптации для  «тяжёлых» инвалидов. Сейчас в ней занимаются 10 человек. Все сотрудники называют воспитанников детьми, хотя многим из их них далеко за 20.

— Мы обучаем их элементарным бытовым навыкам: полить цветы, вытереть пол, постирать, сложить одежду — всё то, что необходимо делать каждый день в обычной жизни, — рассказывает заместитель директора по социальной работе Ирина КОЛОТИЛКО. — Объясняем, как ходить в магазин, делать покупки, вести себя в транспорте. Конечно, хотим, чтобы дети могли сами себя обслуживать и научились общаться. Проект только начался. Но уже сейчас оказался крайне востребованным.

С каждым педагог занимается индивидуально, под каждого подстраивает программу. Одно и то же действие для подопечного будут повторять столько раз, сколько потребуется, чтобы он его запомнил.

— Всё делаем потихонечку. Многие до того, как к нам пришли, не умели даже тряпку отжать, полы помыть. Сейчас они всё это делают с лёгкостью. Прогресс налицо. Правда, Иринка?! — говорит Татьяна Мамонова.

Ира, услышав вопрос педагога, зарделась от удовольствия.

Трудотерапия

Сначала ребята занимаются только по часу, постепенно время увеличивается до шести часов. Тем, кому трудно, «уроки» сокращают.

— Многие дети имеют сильные ментальные отклонения, замкнуты, некоторые даже из квартиры боятся выйти, — рассказывает Ирина Колотилко. — Например, у нас занимается неговорящий мальчик-аутист. Ему сложно находиться в коллективе. Тяжело заниматься. Если мы его не понимаем или он переутомился, начинает вести себя агрессивно. Рядом с ним всегда находится мама. Так ему спокойнее. Да и вообще половина группы занимается только с родителями. Семейное включение очень важно. Ребята чувствуют себя увереннее, лучше схватывают материал.

Да и для родителей отпустить куда-то одного ребёнка с особенностями развития непросто.

— Во многих семьях, где есть инвалиды, чувствуется гиперопека. Здесь же ребята тянутся друг за другом. Стараются, — продолжает заместитель директора по социальной работе.
Когда-то и Иру близкие от себя отпускали с трудом. Но теперь в родном Спас-Деменске она бывает только по выходным или во время двухмесячного летнего отпуска.
— Я без КРОКА скучаю, — признаётся девушка.

Общительная Ирина тут же начинает перечислять, чему научилась.

— Для того чтобы сделать гренки, нам понадобится хлеб, яйцо, вода, сахар или соль, кто как любит. Гренки ведь разными бывают. А для того, чтобы потушить перец, нужен... перец, — запинается ученица.

Ей на выручку сразу приходит педагог.

Особые люди

Учителя, или, как их называют в КРОКЕ, мастера — удивительные люди. Они одновременно и педагоги, и врачи, и психологи, и вторые мамы для своих подопечных. Нет, конечно, в центре есть свой медицинский персонал и психологи. Но именно к мастеру ребята приходят со своими радостями и горестями — он должен учитывать особенности развития каждого, чтобы в случае необходимости оказать первую помощь.

— Дети у нас очень хорошие, добрые, вы только посмотрите, какие у них лица, — этой фразой меня встречали мастера в каждом кабинете.
С каждого — по возможностям

Это на первый взгляд кажется, что умеют ребята немного: кто — узел завязать, кто — верёвку отрезать, линию по линейке начертить или полоску бумаги скрутить. Все эти «элементы» педагоги превращают в невероятные изделия, которые потом продаются на благотворительных ярмарках.

Творчество — ещё один из важных моментов реабилитации.

— Девчонки и мальчишки участвуют в различных конкурсах. Ребята очень любят петь, но у большинства проблемы с памятью. Поэтому у нас есть караоке. Начинаем с него, а потом незаметно дети осваивают музыкальное произведение. Музыка, рисование, физкультура, тренинги — всё это даёт результат: восстановление утраченных функций, — ­отмечает Ирина Колотилко.

— Я люблю разную музыку: рэп читаю, эстрадные песни пою и даже на английском языке песню выучила, — тут же вступает в разговор любопытная Ира.

— Мы понимаем, что  общественное сознание недостаточно сформировано по отношению к таким людям. Им трудно завести дружбу с кем-то, просто начать общение. Но труд команды наших специалистов даёт заметные результаты, — говорит заместитель директора.

Юля САПУНОВА — старательная ученица. Девушке нравится работать в группе.

Ирина ТОЛКАЧЁВА в КРОКЕ и шьёт, и поёт, и танцует.

Это работа трудовой мастерской. Каждую деталь ученики делали отдельно, а педагоги собрали всё вместе. Её можно будет увидеть на благотворительной ярмарке.