«Мы защищали советскую границу от американцев»
Ветеран Великой Отечественной войны калужанин Александр Набатов с 1951 по 1953 год участвовал в Корейской войне.
— Я до сих пор помню некоторые китайские слова, они здорово засели у меня в голове. Произнося их, нужно соответственно жестикулировать,— говорит Александр Фёдорович.
Он протягивает документ на китайском языке и с лу-кавой улыбкой предлагает нам прочесть замысловатые иероглифы.
Свой среди чужих
Долгое время участие СССР в войне между Южной и Северной Кореей либо замалчивалось, либо всячески отрицалось. Даже отец и мать Александра Фёдоровича не знали, что их сын оказался в самом её пекле.
— Письма они отправляли на полевую почту,— вспоминает ветеран.— По каким-то причинам или договорённостям Советский Союз не имел права ввязываться в эту войну. Но, поскольку правительство США выступило на стороне Южной Кореи и отправило туда свои войска, нам пришлось вмешаться.
В то время Александру было 25 лет. Он только что окончил военное училище. Служить его направили на Дальний Восток.
— В Забайкальском военном округе мы попали к начальнику разведки. Результат таков: дали команду, выделили полагающуюся аппаратуру. Нужно было упаковаться и ждать приказа. Так Набатов оказался в Китае.
— Мы делали то, что должны были делать: выполняли приказ,— каждый раз подчёркивает он.
Поскольку официально советских солдат в Корее не было, Александр Фёдорович числился китайским добровольцем и форму носил соответствующую — китайскую.
— Изначально мы попали не в саму Корею. Нас довезли до города Гуандун на границе с Китаем. Стоит перейти мост — и ты уже в Корее. Этот мост, соединяющий два города и две страны, уж больно привлекал американцев. Они хотели его разбомбить, а мы не давали этого сделать… В Южной Корее находились морские и воздушные базы американцев, оттуда они и вели свои налёты. Пхеньян (ныне столица Северной Кореи.— Прим. автора) они с землёй сровняли, от города ничего не осталось. А люди всё равно продолжали там жить — в каких-то землянках, пещерах. Ни за что не хотели уходить с родной земли. При звуках самолёта под землю прятались, и сверху их не было видно.
«Командировочные»
— Многие китайцы хорошо говорили по-русски, ведь уже тогда их было достаточно на Дальнем Востоке, особенно в Чите. А с местным населением мы контактировали мало. Ходили в магазины покупать продукты. Ведь кормить себя мы должны были сами, поскольку считались командировочными. Конечно, зарплату нам платили не рублями, а юанями. Продукты там были очень дешёвые. В столовой, где мы питались, можно было даже картошки жареной заказать. А в свои праздники китайцы деликатесы всякие преподносили. Например, угощали трепангами — это морские черви. Распространённое местное блюдо — чумиза, мелкое пшено. И всё вкусное!
Без права на ошибку
По словам Александра Фёдоровича, корейских солдат было мало, в основном воевали добровольцы-китайцы. Армия большая, но совершенно необученная.
— Потери и с нашей стороны были немалые. Много советских лётчиков и зенитчиков там полегло. Один раз столько гробов увезли в Дальний, в Порт-Артур!.. Нас часто бомбили. Но лётчики мешали американцам это делать. Ведь совсем рядом проходили три границы — Китая, Кореи и Советского Союза… Однажды наш самолёт сбили, и он упал далеко — в глубине страны. Лётчика мы так и не нашли — погиб. Тут-то и увидели, как живёт местное население — китайцы. Они были очень бедны, в домах — глиняные полы, на них — нары. А то и вовсе на полу спали. Занимались в основном сельским хозяйством, например разведением риса, чумизы. При этом китайцы к нам относились хорошо, были доброжелательны. Правда, ни техники, ни себя не жалели. Часто разбивались. Бывало, спросишь, ну как же он так умудрился, а китаец отвечает: «Суталин и Мао друзья. Суталин ещё масыну даст».
— А девушки обращали внимание на советских солдат?
— Китаянки очень красивые, особенно метиски. Но только попробуй закрутить роман — в 24 часа выгонят домой.
— И выгоняли?
— Да и такое было. Но мы старались жить по установленному порядку. Редко позволяли себе слабину. Так, ходили купаться в реке Ялуцзян, во время прилива туда попадала морская вода. Мы один раз даже угря поймали. Ничего, вкусный, на закуску пошёл. Однажды в свой выходной поехали в город — захотелось нам сибирских пельменей. Решили заказать по две порции, у нас-то в России, сами знаете, они совсем небольшие. Через некоторое время нам несут их в глубокой большой тарелке, да ещё и с вер-
хом. Думаем: «Ну ничего себе!» Едим, хвалим. Только поели — ещё несут: «А это что?» Отвечают: «Лянга!» Мол, вы же две порции заказывали…
А как-то я сопровождал нашу делегацию в Пекин. С нами были китайский и корейский переводчики. Мы зашли пообедать. Сидят там китайские чиновники и из рюмочек на высоких ножках водку пьют, как из напёрстков. А мы её в стаканы гранёные наливаем. Все за нами наблюдают.
Вообще, о Корейской войне, в которой на одной стороне оказались Китай, СССР и Северная Корея, на другой — США и Южная Корея, Александр Фёдорович говорит неохотно.
— Извините за некоторую недосказанность,— заявил он в конце интервью.— Я не знаю, можно сейчас всё говорить или нет. Не стоит лезть туда, куда не нужно. Когда мы там были, считалось, что русских в Корее нет. А ведь наши лётчики, зенитчики мешали американской авиации заниматься съёмками, бомбить… Мы защищали советскую границу от американцев.
