«Врача никто не минует»
В этом уверена Нина Михайловна ПОЛЯНСКАЯ, 50 лет проработавшая в медицине.
— Когда в 1965 году после института я приехала в Калугу, онкологи — всего 7 человек — ютились в одном кабинете, в двухэтажном здании во дворике Хлюстинской больницы. Мы здесь и пациентов принимали, и операции делали. Условия были тяжёлые. А сейчас в отдельном корпусе в Анненках работает не меньше 100 специалистов! Создание онкодиспансера — безусловная заслуга Антонины Петровны Никольской, его первого главного врача.
Знакомство с Калугой
— Я из Сибири. Деда раскулачили и вместе с семьёй отправили на золотые прииски. Ещё до войны старателям разрешили мыть золото. Благодаря этому мы не голодали, но есть хотелось всё время… Отец погиб на войне в 1943 году. Мама осталась одна с тремя детьми. Жили на госквартире… Когда мама снова собралась замуж — уже всё было закуплено к свадьбе, — проходили выборы. Она пришла на них со справкой спецпереселенки. Жених — будущий директор местной школы, комсомолец, увидев этот документ, отменил свадьбу… Как и все дети, я играла во врачей и медсестёр. Но с каждой новой прочитанной книгой представляла себя в разных профессиях: капитан дальнего плавания, инженер, металлург, лётчик. Однако, окончив школу, твёрдо решила поступать в медицинский. Правда, по постановлению Хрущёва, прежде чем начать учиться, надо было два года отработать на заводе. И я трудилась на «Сибсельмаше» учётчицей. А затем поступила в институт в Новосибирске. В 1965 году вместе с мужем приехала в Калугу. Сначала город мне совсем не понравился: деревня деревней. Когда подъезжала, думала: «Боже мой, в какой дыре я оказалась!» Высадили меня на углу улиц Луначарского и Кутузова, посмотрела в одну сторону — ни одного человека, ни одного автобуса, посмотрела в другую — ни души! Долго не могла привыкнуть. В течение 10 лет после переезда мне снился Новосибирск, студенческие годы. Но с тех пор Калуга сильно изменилась и стала моим любимым городом.
Больше, чем работа
— У меня был выбор — устроиться в травму БСМП или в онкологию. Выбрала последнее. Работала хирургом-онкологом, заведовала хирургическим отделением. Труд врача тяжёлый: ложишься спать, думая о больном, и просыпаешься с мыслью о нём, как сумасшедший, летишь на работу, чтобы узнать, в каком он состоянии. Одно время хотелось вернуться в Новосибирск, а потом подруга уехала по лимиту в Москву, ну и я за ней. Месяц проработала и вернулась. Если в Калуге я была оперирующим хирургом, то в столице — заведующей онкологическим кабинетом. Работа с бумажками не моё. Ведь профессия врача, как и учителя, стоит несколько выше над всеми остальными. Врача никто не минует. Даже если человек никогда не обращался в больницу, умирая, он всё равно уходит в иной мир со справкой от медика.
Всё зависит от вас
— К сожалению, многие забывают, что жизнь даётся лишь раз, второй не будет. Иногда близкие приводят больного за руку. Он год сопротивлялся, не хотел показаться специалисту, считал, что всё само пройдёт. Тогда я у него спрашиваю: «У вас случайно в кармане нет запасной жизни?» На что мне говорят, мол, был очень занят, из-за работы не мог выбраться. Я отвечаю: «На первом месте должно быть здоровье, а потом уже всё остальное». Рак молодеет. Сегодня стало очень много больных в возрасте 25–35 лет: изменилась экология, питание, ритм жизни, много стрессовых ситуаций. Вы сами видите, какая сумасшедшая жизнь.
На начальной стадии рака ничего не болит, даже при раке молочной железы в 4-й стадии нет болей. Поэтому нужно следить за своим здоровьем и прислушиваться к сигналам, которые нам посылает организм.
Онкология не приговор, она хорошо лечится, нужно только вовремя прийти к врачу. У меня есть больная, которую я оперировала в 70-м году прошлого века: рак молочной железы. Сейчас ей 82 года, и мы с ней до сих пор каждый месяц созваниваемся.
Зачастую пожилые люди отказываются оперироваться, заявляя: «Мне 80 лет, жизнь прожита, я не буду ложиться под нож». Я начинаю рассказывать, как пройдёт операция, в итоге соглашаются. А потом приходят ко мне и благодарят. Врач должен быть психологом. Я же вижу больного, перенесёт он хирургическое вмешательство или нет. К сожалению, сейчас стало очень дорого лечиться. Если на Западе одно лекарственное средство имеет не больше 6 аналогов, то у нас — 206. Добавили какую-то безвредную травку, сразу же изменилось название и цена стала другая. Пора навести в этой отрасли порядок.
В 50 лет Нина Михайловна научилась управлять автомобилем, чтобы быстрее добираться до любимой работы. Сейчас ей 75, но она продолжает трудиться в приёмном отделении онкологического диспансера в Анненках.
— Пора отправляться на заслуженный отдых, но пациенты и коллеги не отпускают.
80-е годы прошлого века. один из дней рождения главного врача онкодиспансера Антонины НИКОЛЬСКОЙ. В центре - Антонина Петровна, слева Нина Михайловна.
Будущие врачи. 1965 од. 6 курс Новосибирского медицинского университета. Блондинка в центре - Нина Михайловна.
