Хватит ставить памятники
— Почти 100 лет назад Владимир Ильич Ленин утвердил план монументальной пропаганды, согласно которому в городах молодой Советской республики надлежало массово устанавливать памятники разного рода политическим деятелям и отчаянным борцам с царизмом. Калуге от этого плана достались, например, памятники Марксу и Энгельсу (первый нынче заменён на гранитный, а второй был снесён в 1950-е как спроектированный врагом народа). Большая часть скульптур, установленных по всей стране в рамках пропагандистского наступления, давно исчезла.
Однако, глядя на сегодняшнюю Калугу, ловишь себя на мысли, что дело Ленина живёт: разного рода монументов в центре города столько, что местами он напоминает склад мастерской Зураба Церетели.
Возьмём для примера Золотую аллею вдоль Березуйского оврага. Начинается она с весьма потрёпанного монумента в честь основания города, сразу за ним находится не лишённый символизма, но не имеющий никаких художественных достоинств памятник жертвам сталинских репрессий. В глубине аллеи стоит заброшенный гипсовый пионер без единой надписи на постаменте. Ещё дальше, по улице Карла Маркса, можно найти валун с надписью «Светлой памяти калужских большевиков». А в тупике, на краю склона, — плиту с дыркой — остатки памятника пионерии. Интересно, что монумент, изготовленный из металлолома, собранного пионерами, в 1990-е опять сдали на металлолом. Вот такое символическое пространство: от основания города — через сталинизм — к дыре на месте пионерской организации.
За последние четыре месяца в нашем городе появилось два крупных монумента — на площади Победы вздыбил коня третий по счёту Жуков, а в Центральном парке замер в благоговейной позе «Христа ради» блаженный Лаврентий. Георгий Константинович по количеству скульптурных изображений уже может соперничать с Циолковским. Жуков, конечно, великий полководец, но с увековечением его памяти пора приостановиться.
Что же касается памятника покровителю Калуги, то, с одной стороны, он уравновешивает стоящего рядом преподобного Кукшу (который, кстати, жизнь свою положил на свержение идолов), с другой — совершенно не понятно, что с ним делать. Свечки ставить как святому или цветы возлагать как воину? И вообще, не лучше ли было поставить Лаврентия рядом с его обителью?
В общем, по итогам лета в Калуге нужно ввести мораторий на установку новых памятников и привести в порядок уже имеющиеся. Снести развалины и всякий хлам, подновить стремительно окисляющегося Циолковского и придумать какой-то новый способ сохранения исторической памяти.
