«Где Фома – там Победа»
Калужанка Надежда Авдеева создала летопись своей семьи. Особая глава в ней посвящена отцу-фронтовику.
— Мой отец — Михаил Фомич Зуев — родился 4 декабря 1920 года в д. Толкачёво. Теперь это уже не деревня, а улица Стефанова в городе Кондрово Дзержинского района, — рассказывает Надежда Михайловна. — Бабушка была домохозяйкой, а дед — Фома Зуев — воевал в Первую мировую. Но, вернувшись в родную деревню, трагически погиб. Бабушка осталась одна с пятью детьми, младшему тогда было всего 2 месяца. Для них наступили тяжёлые времена. Но бабушка говорила, что старшие дети ей помогали, особенно мой папа. Он брался за всё. Закончив 4 класса школы, пошёл работать пожарным.
Не дал ампутировать ногу
— Война застала отца при прохождении срочной службы. Его сразу направили на фронт. И в одном из первых боёв его ранило. В госпитале хотели ампутировать ногу. А он — молодой, неженатый. Отец рассказывал:
— Рана была серьёзной, сквозной. Меня уже положили на операционный стол и хотели резать безо всякого наркоза. Но я не позволил. «Мне ещё надо воевать! Как я без ноги!» — в итоге я врачей уговорил. Ногу сохранили.
Но в госпитале продержали недолго: направили долечиваться домой. А в Калугу нельзя было ехать, так как она была оккупирована немцами. Друг-однополчанин предложил поехать к нему. Отец согласился. И некоторое время жил в семье друга. Потом он очень тепло вспоминал, как его там хорошо встретили, вкусно кормили, заботились. А местные девушки заглядывались на него…
Сбил 5 самолётов
— Подлечившись, отец вернулся на фронт. Он был артиллеристом 122‑миллиметровой гаубицы. Точно известно, что сбил 5 «Юнкерсов». За это в 1944‑м его наградили медалью «За отвагу». Именно она однажды спасла ему жизнь.
Уже под конец войны во время боя вражеская пуля попала отцу в грудь. Смертельный удар приняла на себя медаль. Так он и вернулся домой с искорёженной медалью и пробитым портмоне.
Не выпускал из рук гармонь
— Всю войну отец не расставался с гармошкой. Научился играть сам. И в моменты затишья не выпускал её из рук — поднимал у солдат боевой дух и веру в Победу. Был смелым, весёлым. На войне его звали Фомой, потому что он — Фомич. Однополчане говорили: «Где Фома — там Победа!»
В 44‑м ему объявили благодарность за отличные боевые действия во время прорыва обороны немцев в Восточной Пруссии, а в 45‑м — за взятие Кёнигсберга.
Думали, что едут домой
— День Победы отец встречал в Кёнигсберге. За бои в Восточной Пруссии в 1945‑м был награждён медалью «За боевые заслуги». Рассказывал, что в Кёнигсберге ему каким-то образом достались шуба и часы. Он так хотел послать шубу сестре! Но не разрешили. Тогда они с однополчанами разорвали эту шубу и чистили ею оружие…
Война для отца не закончилась 9 мая 1945‑го. Поездом его отправили на Дальний Восток. Но он об этом сначала не знал. Бойцов погрузили в эшелоны, они думали, что едут домой! Отец играл на гармошке, все пели песни, веселились, кричали: «Ура! Победа!» На каждой станции их встречали цветами, обнимали, поздравляли. И только проезжая Свердловск, они насторожились. В эшелоне вдруг установили военную дисциплину. У каждого вагона поставили часовых. Поступил приказ: «Из поезда не выходить». Привезли их в Маньчжурию, где шла война с Японией. Вернулся отец домой только 20 марта 1946‑го.
Познакомились в клубе
— С мамой — Марией Васильевной — папа познакомился ещё до войны. В деревне был клуб с печкой. И мама всегда стояла за печкой, была очень скромной. Отец ей понравился сразу. Он был красавцем, голубоглазым, душой компании! Она ему тоже приглянулась.
Во время войны мама осталась в деревне. Ей довелось столько всего пережить! В дом пришли немцы. Хорошо, что дед успел закопать мясо поросёнка. Фашисты резали кур, требовали еду. Бабушка стала с ними ругаться. Тогда один из них замахнулся на неё ухватом и хотел бросить в печь. А мама была отличницей и заговорила с ними по-немецки. Фашист откинул ухват, отвлёкся, начал с ней разговаривать… В ту же ночь мама с родными взяли корову и ушли в другую деревню к родственникам. А когда немцы отступили, они вернулись. Дом остался цел, и спрятанное мясо сохранилось — зима стояла морозная, снежная!
Мама ждала папу с войны. Они поженились 10 августа 1946 года. Родился брат, потом — я.
Помогал всем
— В деревне отца все любили. После войны он работал начальником пожарной охраны. Был хорошим плотником, сапожником. Любил свою работу, любил людей, любил праздники. Ни одна свадьба не обходилась без него и его гармошки. Он сам построил шлаконаливной дом в деревне: на горке, рядом с домом тёщи. После этого за нашей семьёй закрепилось прозвище «горские». Помогал строиться всем и в Кондрово, и в Троицком. Всем чинил обувь, подшивал валенки. Плату брал копеечную. Купил в кредит швейную машинку «Чайка» и был несказанно рад. Дома держал хозяйство — кролики, куры, свиньи. За всем следил. А мама была великой труженицей, работала не покладая рук и любила цветы. Наш дом просто утопал в них.
Ждал медали
— Рана беспокоила отца всегда: открывалась уже в мирное время, но инвалидность ему так и не дали. На войне он заработал ещё и язву желудка. Лечился в Ессентуках. Но… Умер в 64 года от рака. Язва открылась — это и стало причиной болезни.
К 40‑летию Победы его наградили орденом Отечественной войны II степени. Он так ждал эту награду! И успел её получить! 6 апреля ему вручили орден, а 24 апреля он умер.
Краткую информацию о том, где он воевал, мы закрепили на оградке на Троицком кладбище на его могиле. Пусть односельчане, мой сын, мои внуки знают о его подвигах.
Наши отцы прошли муки ада и выжили в той страшной войне, создали семьи, родились мы. Спасибо им за это — смелым, стойким, выносливым! Низкий поклон и память на все поколения!
