В путешествии за собственным чувством

Заслуженному художнику России Владиславу Собинкову исполнилось 75 лет. Его работы украшают музеи, галереи и частные коллекции Парижа и Берлина, Цюриха и Москвы, родной Калуги, Тулы и Калининграда…

Собрался бомонд, и пришли молодые
По этому случаю в галерее «Образ» состоялось торжественное открытие выставки. На праздничную встречу с художником пришли его родные и друзья, коллеги, культурная общественность города и, конечно, поклонники необыкновенно светлого его творчества, среди которых и спикер облдумы Бабурин, и коллега-художник Шубин, и министр Типаков. Были и поздравления, и награды.
Особенно понравилось юбиляру, что в этот день в «Образе» собралось много молодых людей. А после торжественных речей художник утопал в цветах и просто расцветал в объятиях шикарных дам и очаровательных девиц.
Прекрасный пол всегда вдохновлял и продолжает вдохновлять художника.
«Видимо, эти знакомые и незнакомые мне проказницы в разное время были удостоены кисти художника!» — с завистью подумал я.
— Он очень любит писать молодых, пластичных, красивых женщин, — так говорит о муже жена — художник, педагог и его постоянная муза Нина СОБИНКОВА. — Но еще более — совсем старых людей. В них он видит особую мудрость, глубокое отношение к жизни, ко времени.
— Жена не только моя муза, но и мой самый главный цензор, — утверждает Владислав Михайлович. — Именно она первой видит рождение образов. И я ей доверяю.

Фантаст и лирик, созерцатель и мыслитель
Живопись мастера оригинальна и высокосодержательна. И по сей день основу художественного метода Собинкова составляет сплетение новаторства и традиционализма, уважительного отношения к натуре и душевной раскованности. Это отмечают и искусствоведы, и коллеги. А для меня Собинков был и остается этаким сказочником — Гансом Христианом Андерсеном, рисующим сказки и грустные, и веселые.
— Каждая моя работа — это череда жизненных наблюдений, — признался художник собравшимся собратьям и поклонникам. — Вообще, вся моя жизнь — это путешествие за собственным чувством. Для того чтобы изображать, надо уметь видеть. Искусство должно стремиться к раскованности и свободе, обогащаясь всем тем, что было открыто, используя живописно-пластический опыт поколений, стараясь найти тропинки к человеческому сердцу. В таком пути нет тупика. Он бесконечен. Этому мы с женой пытаемся учить и молодежь.

Счет написанным картинам не ведет, говорит: их очень много
— Ваши картины можно сравнить со стихами.
— Картины я увязываю и с традициями, ощущением времени, и с цветовыми отношениями. И они, возможно, постепенно образуются в краткое поэтическое живописное стихотворение. Я пытаюсь передать время и пространство, и, когда это удается, образы сливаются воедино.
— Принято считать, что художник от века —бунтарь.
— Не считаю так. Вспомните цеховое искусство средневековья и первохристианских времен, где художник был ремесленником. Но нас до сих пор поражают мозаики Равенны, витражи соборов Амьена и Кельна. В эпоху титанов самые великие и признанные мастера работали по заказам правителей, пап и меценатов типа Медичи. По заказу писали стихи Петрарка и Данте. И все они были великими!
— И все же художник — человек иного мира?
— Вероятно. Каждый человек имеет право на утверждение своего мира. Искусство живописи — одно из самых таинственных и чудесных явлений жизни. Надо только прислушаться к себе, своей душе, и тогда полотно получится необычным, интересным и глубоким.
— Вы считаете обязательным для художника профессиональное образование или талант всегда пробьется сам?
— О силе таланта можно судить лишь по трудам твоим, оцененным временем. Образование предполагает глубину и ширину мировосприятия. Умение сопоставлять и соотносить все со всем.
— У вас есть духовные наставники?
— Я человек не особенно верующий.
— А в профессиональном смысле?
— Мои учителя. Как художник я формировался под влиянием реализма и авангарда. Наставниками в пору обучения в Ленинградском художественном училище были Г.А. Шах, ученик Репина, и А.С. Чеснокова, учителями которой были Фальк и Древин.
— Ваше состояние во время работы?
— Нищий духом.
— А ваша необыкновенная улыбка?
— Я же не вижу себя со стороны.
— Кредо можете сформулировать?
— Взирать на мир с любопытством.
— Что помогает жить?
— Желание видеть во всем позитивное. Хотя с годами удается все меньше.
— А если удается — где находите?
— В литературе, в поэзии.
— Что особенно цените в близких?
— Хорошо, когда близкие тебя понимают. Мне с этим необыкновенно повезло.
Несмотря на возраст, действительный член Петровской академии наук и искусств Собинков поддерживает себя в рабочем ритме. Это было видно и по тому, с каким интересом и присущим ему чувством юмора общался художник с немногочисленными друзьями и многочисленными почитателями. И даже на собственной выставке Собинков продолжал работать, тихонечко и внимательно наблюдая со стороны за окружающими, совершая свое бесконечное увлекательное путешествие по океану чувств.
Выставка живописи Владислава Михайловича Собинкова развернута и в выставочном зале Дома художника. Экспозиция включает в себя несколько десятков самодостаточных, завершенных композиций: сюжетные картины и ню. Создавались они на протяжении нескольких десятилетий и достаточно полно характеризуют искусство Владислава Собинкова, его художественные принципы. Это стоит видеть.