Воспоминания о войне: чтобы избежать пыток, подросток взорвал себя, газовую камеру и нацистов

Продолжаем цикл публикаций, приуроченных к Дню Великой Победы. Мы уже рассказали о ветеране, который дошел до Берлина, внуке сослуживца полковника Михаила Краснопивцева, который написал о боевом пути этого освободителя Калуги книгу, опубликовали выдержки из мемуаров первого после снятия оккупации Калуги начальника городского НКВД. А сегодня - рассказ о человеке, который показывает всем нам пример истинного, ненаносного патриотизма. О Полине Крепостиной, которая 74 года ухаживает за братской могилой, в которой похоронены убитые нацистами мирные жители.

Живет Полина Ивановна в деревне Студеное Барятинского района. Ей 83 года, она – бывшая учительница. Недалеко от ее дома есть могила погибших во время войны односельчан. С 1947 года Полина Ивановна ухаживает за ней. А еще пишет пронзительные стихи о войне.

-  Вот добилась, что памятник установили, - говорит Полина Ивановна. – Местный депутат сделал оградку, помогает мне её красить, потому что я уже плохо себя чувствую. А чтобы не лазил скот, я покупаю футбольную сетку, разрезаю ее на две части и кругом обёртываю вокруг оградки. Цветы сажаю. Когда-то окашивала траву, теперь не в силах, приходится нанимать кого-то.

Могила эта на самом деле была ямой от взрыва бомбы. В ней похоронили местных жителей. Немцы сначала не давали этого сделать. А когда трупы стали разлагаться, побоялись инфекции и разрешили закопать.

Знаю, что в могилке лежит парень Миша (фамилия его неизвестна), вышедший из окружения, его приютила одна местная старушка, промыла раны, накормила. А вот спрятать была проблема – везде немцы, которые каждый день ходили по избам, проверяя подвалы: боялись партизан. Три дня его удавалось прятать, а потом немцы нашли, издевались над ним и убили.  Еще в этой могилке - два наших разведчика.

Еще я закапываю здесь черепа, которые нахожу. Чьи они – не знаю, всех здесь захораниваю.

Убили 147 человек

- Рядом с местом, где сейчас могилка, раньше стояла добротная хата. В ней во время войны располагался штаб то наших, то немцев, так как деревня трижды переходила из рук в руки. Память у меня незаурядная, все события войны перед глазами. Немцев в деревне я первая встретила: была маленькая и находилась в это время в яслях. Всех детей забрали родные, а меня с испуга забыли. 

Хочу рассказать, как эти звери лютовали. Жутко вспоминать! В деревне Яковлевская Барятинского района, которая находится вблизи Смоленской области, за один день немцы убили 147 человек! Погибла почти вся семья Ершовых - 18 человек. Фашисты кинули в окно гранату. Одна женщина спаслась, но ей оторвало обе ступни, вернее переднюю часть, пятки остались. Когда наши стали немцев теснить от Барятино, нацисты выгнали всех и стали прикрываться мирными жителями. Но тут нашим пришла неожиданная подмога - за деревней Бельская места болотистые и второпях немцы срывались со стёжек и тонули.

 Погиб, но других спас

- Когда немцы погнали местных жителей в сторону Белоруссии, мать одного паренька из деревни Яковлевская одела его девочкой. Уже в Бобруйске немцы привели наших к вырытой пленными яме, установили подмостки и прикатили газовую машину. Всех по очереди загоняли в машину, включали газ, а когда теряли сознание, ещё живой человек летел в яму на ещё живых товарищей.

И вот доходит очередь до паренька, которого девочкой одели, он поворачивается к народу и просит спички. Ему передали. Он знал, что нацисты, как увидят, что он переодетый мальчик, не закопают, его, а станут пытать, как партизана.

Перед входом в эту адскую машину он повернулся и сказал: «Готовьтесь, я вас сейчас освобожу!» И только включили газ, он зажег спички. Погиб сам и фашистов убил.

Относились хорошо

- Я очень благодарна Белоруссии за то, что они сделали для нас во время войны. А нас было много: одни в избу, другие - из избы. Но никого не обижали, давали кто что мог. Детей сажали на порог и если не могли налить супу или щей, то хотя бы одну картошину, но давали. Люди с добротой к нам относились. Грязных вшивых беженцев они переодевали в чистое и клали на чистые простыни. Век буду гордиться, что у нас такие друзья-белорусы есть! Давайте, люди, будем дружнее!

Перед партизанами хочется низко склонить голову. В деревню, где были немцы, они ночью приходили в дома, в которых находились беженцы, проверяли, всё ли у нас хорошо. Спрашивали у хозяев, как накормили, смотрели, как нас спать положили. Потом будили кого-нибудь из нас и интересовались, поел ли он и что поел.

Были и хорошие полицаи (не помню их фамилии), они работали на наших. Помню жену деда-полицая по прозвищу Ракомчиха. Она и её муж спасли жизни десяткам, а то и сотням людей.    

Страшные насилия

- Немцы и не думали, что некоторые беженцы, прикидываясь глупыми, выполняют ответственные задания. Моей тёте белорусские девушки рассказали, что в ночь немцы пригнали технику. И тётя поднимала подол, будто бы живот прихватило, и бежала одной стороной машин. Добегала до конца присаживалась, как в туалет и оставляла информацию партизанам. Благодаря моей тёте, они знали, сколько и какой техники им надо уничтожить.

Белорусские девушки – настоящие герои. Но немцы за ними следили. И страшные насилия совершали. Сначала девушек отводили к начальству, а как те натешились, выбрасывали их солдатам. Был один дедушка, который добивал истерзанных, умирающих женщин и девушек. Я спрашивала его: «Не жалко было?» Он говорил: «Жалко, оттого и добивал».

Не дойду, так доползу

- Да, мы многое знаем об этой войне, в книгах такое не прочитать, - вздыхает Полина Ивановна. - Некоторые хотят возложить вину на Россию, перевернуть всё. Нет! Не нужна России эта война была. И мы, в которых еще теплится жизнь, можем рассказать многое, что сами знаем и что слышали от очевидцев.

Сейчас ругают Сталина, а Черчиль писал про него: «Когда он входил в зал Ялтинской конференции, все мы, словно по команде, вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логической и осмысленной мудростью, был непревзойденным мастером находить пути выхода из самого безвыходного положения».

Благодаря ему, нашим командирам и нашей армии, война была выиграна. Мы уничтожили врага! И я рада, что наше правительство ведёт мирную политику.

А я буду ухаживать за этой могилкой. И пока не умру, не брошу их. Дойти не смогу, так доползу. Потому что они умерли за то, что я живу!