«Колобок» - это какой-то испанский стыд»: в студии радио «КП-Калуга» поговорили о современном кино
Накануне мы пригласили в студию радио «Комсомольская правда - Калуга», 93.1 FM коллег-журналистов из ТРК «Ника», которые имеют непосредственное отношение к кинопроизводству.
Мария Лазарева - один из авторов проектов ТРК «Останься» и «Останься. Детство», Дмитрий Родионов снимал в Калуге художественные фильмы на основе компьютерных шутеров и работал оператором документальных фильмов.
Разговор, впрочем, начался с одной из главных проблем сегодняшнего художественного кинематографа России.
Сказкобесие
- Давайте начнем с того, что меня лично бесит. На экраны каждый год выходят бесконечные сериалы про Колобков, Богатырей. Первый «Богатырь» еще более-менее ничего, а последний «Колобок» — это просто зашквар. Маш, ты водила детей на «Колобка»?
Мария Лазарева (далее - МЛ):
- Нет, мы ждем «Человека-паука». «Колобок» - это какой-то прям испанский стыд.
Дмитрий Родионов (далее - ДР):
- «Колобок» — это нонсенс. Одно из уникальнейших явлений, которое войдет в историю как пример того, как делать нельзя. В кинотеатре это смотреть нет смысла. Можно глянуть дома для ознакомления.
- А что больше всего отторгает?
- Во-первых, сам выбор материала. Колобок, Курочка Ряба, Репа — это сказки для малышей.
Хотя я читала комментарии коллег из Москвы. Пишут, что «Колобок» понравился больше, чем «Одиссея» Нолана». Почему? А потому что, я цитирую «мы смотрим Колобка и не знаем, чем там всё закончится».
Я задумалась: насколько вообще это хорошо? Очевидно, что на материале «Колобка» не получится такого твиста (резкий поворот сюжета. – прим. ред.), как Энакин Скайуокер превратился в Дарта Вейдера.
- А первый «Последний богатырь» был хорошим фильмом?
ДР:
- Первый «Богатырь» был хорошим. Свежий подход, свежая картинка, более честное что-то в сюжете. Там не брали конкретную сказку, а просто взяли персонажей, добавили современного человека, который попадает в эти реалии.
МЛ:
- Знаешь, что мне это напомнило? «Понедельник начинается в субботу» Стругацких. Когда обычный программист Саша Привалов попадает в НИИЧАВО, где есть и волшебники, и гомункулы.
- Хорошо, зачем тогда всё это делается? Только ради денег?
ДР:
- Чтобы поддерживать вид, что в России кинематограф импортозамещается.
МЛ:
- Мне кажется, здесь очевидный тренд на русскость. Балалайки, валенки, медведи. И чем поддерживать этот тренд? Конечно, нашими сказками лубочными.
Но мы пока еще не научились их делать современными. В западном кино был период, когда все ремейки были ужасными, а потом количество переросло в качество.
ДР:
- У нас есть хорошее кино, но его почему-то боятся крутить в кинотеатрах. Огромное количество фильмов снимается для фестивалей. Пока они фестивали не откатают, в прокат не попадут. А за это время они уже никому не нужны.
- А пойдет ли зритель на такое кино?
ДР:
- Зритель пойдет на то кино, в котором он увидит себя.
МЛ:
- Либо если почувствует ту самую атмосферу. Для меня открытием стал фильм «Планета», который взял Гран-при на фестивале Циолковский.
Он основан на жизни режиссера Клушанцева, который делал рукотворных куколок космонавтов. Клушанцев снял «Планета бурь», фильм вышел на экраны 14 апреля 1961 года и заложил основы спецэффектов в отечественном кино.
Я была поражена, как в наши дни снимают кино, полностью сохраняя дух тех времен. Ты имеешь возможность положить в картинку свои мысли о фильме, о времени, о том, как мы покоряли космос средствами искусства.
Однозначно девять из десяти я бы дала фильму «Планета».
ДР:
- А я сейчас смотрю «Хроники российской революции» Кончаловского. Мнения разные, но я бы поставил восемь из десяти.
Есть минусы, но их я связываю с материалом, а не с талантом Кончаловского.
Очень свежее решение. Но мы не увидим это в кинотеатрах.
- В современном кинематографе, на мой взгляд, всё сместилось в сторону скорости, эффектов. А внутренняя часть, то, над чем подумать, уходит. У вас есть такое ощущение?
МЛ:
- Да. Я шла сюда и думала: мой главный тезис — очень хочется, чтобы современное российское кино обрело глубину.
Объясню на примере литературы. Почему классика — классика, а Донцова — нет? Потому что в классике много слоев. В определенном возрасте, настроении, контексте ты берешь и вынимаешь какой-то слой.
Кто вы, мистер Фриман?
- Дим, я хочу спросить: какова судьба мистера Фримана, кино о котором ты снимал в Калуге?
ДР:
- Это экспериментальная история, которая доступна в интернете и уже живет своей жизнью.
Добавляются комментарии, огромное количество от иностранцев прилетает, благодарят.
- Для тех, кто не знает: Дмитрий по компьютерной игре Half-Life снял короткометражку «Дни Фримана». Экранизировали часть игры, перенесли на экран и всё?
- Потом мы взяли вселенную Half-Life и добавили вселенную другой игры, действия которой происходят в Чернобыле.
Объединили в фильм «Седьмой час». А потом сказали: «Давайте напишем что-то свое».
Написали сериал на восемь серий «Проект Купол». Действия разворачиваются в альтернативной реальности Советского Союза. Это такой апокалипсис, фантастика.
Сняли пилотную серию.
- Вдохновились игрой российских разработчиков Atomic Heart?
ДР:
- Это было раньше. Мы боялись, что нас примут за плагиаторов, но хронологически придумали историю раньше, чем вышел шутер «Атомное сердце».
«Останься»
- Давайте о документальном кино поговорим. ТРК «Ника» очень тщательно подходит к съемкам документальных сериалов. Сложно это делать?
МЛ:
- Наши проекты «Останься» и «Останься. Детство» мы не воспринимаем как документальные фильмы. Для нас это игровые истории. Веб-сериал из коротких новелл. И там заняты непрофессиональные актеры.
- Насколько я знаю, в первом сезоне играли водитель, стендапер, электрик...
МЛ:
- Да-да, и журналисты, конечно. Всем хотелось.
- Как удалось настроить непрофессиональных актеров на такую достоверную игру?
МЛ:
- Проект посвящен реальным историям, подвигам калужан во время Великой Отечественной войны. Второй сезон — про детей войны. Сама тема не позволяет фальшивить. Либо этим не заниматься, либо заниматься с душой.
Я очень люблю любительский театр. Когда у актеров есть навыки, они могут изображать всё механически. А когда человек работает электриком, учителем, журналистом и выходит на сцену — это шанс показать себя полностью.
ДР:
- Все работали по Михаилу Чехову, а не по Станиславскому. Это тоже технические приемы, чтобы актер вжился в роль.
Я смотрел и даже местами верил в происходящее. Первый сезон отличается от второго.
МЛ:
- Во втором сезоне мы выросли профессионально, поняли, как надо делать.
- Продолжение будет?
МЛ:
- Если бы все зависело только от желания, то точно бы было. Но кино, ведь это не только амбиции, но и деньги. Будут деньги — будет продолжение.
ДР:
- Надо понимать, что это не просто взяли камеру, выехали и сняли. Это масштабная машина: огромное количество людей, не только два десятка на площадке, но и те, кто за кадром всё согласовывает.
- Глаз оператора улавливает мелочи, которые могут убить весь фильм. Согласен, Дима? Вдруг в кадр попадает что-то не то, и всё, вера теряется.
- В серии про Серафиму первый кадр рождался в мучениях. Зашли на опушку, где с одной стороны декорации для другого фильма, их нельзя палить.
Вдалеке ангар, которого в истории не существует. С другой стороны на проезжей дороге наш технический караван и огромная белая «Газель» в сером лесу. И надо решить, куда повернуть камеру, куда идти актерам и как убрать эту «Газель».
Кино возродится из регионов
- Несмотря на трудности, регионы начали снимать кино. Это началось с богатых региональных компаний — Тюмень, Татарстан. Снимают игровые сериалы. Это амбиции?
МЛ:
- Можно долго говорить: «У нас нет навыков, техники, времени». Но если не попробуем, не узнаем, представляем ли мы что-то в этой сфере.
ДР:
- Кто, если не мы? Можно ждать гения, который напишет сценарий, кто-то вложит деньги, снимет полнометражное кино. Но что из этого получится — неизвестно.
Здесь мы заранее понимаем, что не замахиваемся на бюджеты и зрелище. Мы рассказываем историю так, как можем. Подаем пример, что можно и так.
- Так все же, чего нам ждать от российского кино?
ДР:
– Очень жаль, если будут сыпаться указания: «Только это говорите, только это показывайте, остальные подождут». Но платит-то зритель. Либо зритель объявит бойкот, либо начнут снимать более-менее адекватное кино, поймут, на что можно потратить деньги и что отобьется.
- У Димы пессимистичный сценарий. А у тебя, Маша?
МЛ:
- У меня оптимистичный. Я связываю будущее с регионалами. На проект «Останься» пришло много людей, мы собирали истории от людей. Тема очень трогательная. Это возможность увидеть себя, знакомых, детей. На уровне региона это сработает.
Я смотрю работы ребят из Нижнего Тагила — они делают потрясающие вещи, документальные и игровые. Потому что это талантливые ребята, самородки, которых не портит федеральная повестка, требования, необходимость получать прокатное удостоверение или гранты от Фонда кино.
Ребята делают с душой. За этим будущее.
- Одно дело самородок-писатель, ему нужны лишь бумага и ручка. А самородок-кинематографист? Кино — это огромная фабрика. Невозможно одному ничего сделать. И даже команде без средств нельзя. Всё стоит бешеных денег…
МЛ:
- Контрпример. Два самых успешных фильма этого года — «Обсессия», это американский хоррор 2025 года, премьера состоялась на Международном кинофестивале в Торонто 5 сентября 2025 года. И «Изнанка реальности» Backrooms, вышел на экраны в этом году.
Эти фильмы сняты за смехотворные бюджеты практически двадцатилетними людьми. Сняты неожиданно честно, с душой. Они верили в продукт, кайфовали на площадке.
И зрители проголосовали кошельком, просмотрами, комментариями.
ДР:
- Когда лепишь фильм просто ради того, чтобы импортозаместиться и поддержать кассы, это никогда не сработает.
МЛ:
- У нас много талантливых людей. Фишка в том, что мы можем об этом просто не знать.
Призываю всех: если посмотрели хорошее кино, а в сети полно негативных отзывов, напишите обязательно свой честный отзыв. Ведь чтобы написать хейтерский комментарий не нужно много души. Если увидели что-то, что зацепило, чуть-чуть перевернуло душу — расскажите.
Вместо послесловия
В Калуге в середине 90-х годов прошлого столетия кинотеатр «Центральный» несколько лет имел статус «Центра Российского кино». Во многом это произошло стараниями тогдашнего директора кинотеатра Марины Сахаровой.
В августе, накануне Дня Российского кино, в Калугу приезжали известные российские киноактеры. Были у нас и Наталья Варлей, и Анатолий Ромашин, и гардемарины почти в полном составе. В кинозалах «Центрального» шли ретроспективы российских фильмов, показывались киноновинки отечественного кинематографа.
Увы, с уходом из жизни Марины Сахаровой ушел и статус «Центрального».
Остались в Калуге лишь отдельные энтузиасты, которые вопреки всему: нехватке средств, времени, современной техники, снимают документальное и художественное кино. Снимают, как сказала моя коллега Мария Лазарева, от души.
Быть может, мы еще застанем время, когда на экранах кинотеатров при полных залах будут показывать наше, калужское кино. Хотелось бы верить.
А пока, с праздником всех кто любит и ценит настоящее киноискусство.
