Останется ли школа светской?

Эта тема стала одной из главных на «круглом столе», который проводился в пресс-центре Агентства «Комсомольская правда — Калуга».

Основы религиозных культур и светской этики в качестве обязательного предмета появились в школьном расписании год назад. Хотя факультативно ОРКСЭ преподавались в некоторых калужских школах и раньше. Появлению этого предмета предшествовала довольно эмоциональная 10‑летняя дискуссия. И точка в ней еще не поставлена.

«Компромиссный» предмет
Впервые о преподавании в школе основ религии заговорили с подачи Русской православной церкви в начале двухтысячных. В федеральном Министерстве образования и науки поначалу были против. Но в 2009 году тогдашний российский президент Дмитрий Медведев инициативу РПЦ поддержал. А чтобы противники нововведения не сильно возмущались, был разработан компромиссный вариант в виде основ мировых религий и светской этики.

— ОРКСЭ содержат 6 модулей, — говорит министр образования и науки Калужской области Александр АНИКЕЕВ. — Это основы православия, светской этики, мировых религиозных культур, основы иудаизма, ислама и буддизма. Право выбора модуля предоставляется родителям школьников. Изучается предмет в 4-5-м классах. Оценки за него не выставляют. Преподают ОРКСЭ только штатные работники школ — сейчас это в основном учителя начальных классов.

72 часа
По мнению министра, внедрение нового предмета проходит без особых сложностей. Однако педагоги утверждают обратное. Первая проблема, с которой столкнулись учителя, кадровая. Базовый курс повышения квалификации по ОРКСЭ составляет всего 72 часа. Можно ли фактически за три дня освоить такие сложные дисциплины, как основы православия или основы ислама — вопрос даже не риторический.

— За этот короткий промежуток времени очень непросто перестроить свое сознание, особенно если был не готов к этому, — говорит заместитель директора по учебно-воспитательной работе средней школы № 13 Валентина РОДИОНОВА. — Наверное, эта быстрота подготовки кадров не дает пока никакого результата.

— Да, такая проблема есть, — соглашается министр образования. — Поэтому в прошлом году был разработан федеральный стандарт педагогического образования по данному предмету. И ряд учреждений высшего проф-образования, в том числе и Калужский госуниверситет, уже начал обучение студентов по ОРКСЭ.

Имеются у учителей претензии и к содержанию учебника по основам религиозных культур и светской этики.

— Там есть такие моменты, которые сложно объяснить детям, — говорит Валентина Родионова. — Это касается, в частности, терминологии, хотя учителя и стараются «перевести» ее на понятный детям язык.

А в 26‑й школе ломают голову над тем, где взять преподавателя по основам ислама.

— Возможно, в следующем году несколько детей у нас выберут этот модуль, — говорит учитель начальных классов СОШ № 26 Лариса МИХАЙЛОВА. — Сможет ли кто-то преподавать данный предмет, неизвестно. Но это проблема. Я, например, к его преподаванию не готова.

Добровольно-принудительно
Вообще, если говорить о предпочтениях калужских школьников, то, по данным министерства образования, большинство из них выбирает «Основы православной культуры». В 2013 году дисциплину решили изучать чуть более 70% детей. По Калуге этот показатель несколько ниже — 61,5%. На втором месте стоит светская этика, на третьем — с большим отрывом — «Основы мировых религиозных культур». Вот только не факт, что эти сведения отражают реальную картину предпочтений детей и их родителей.

— Когда мой ребенок учился во 2-м классе, среди родителей проводился опрос: какой из модулей будут изучать их дети. Большинство высказалось за «Основы светской этики». За ОПК был всего один человек, — рассказывает журналист Наталья ЛУГОВАЯ. — И вдруг через некоторое время сын заявляет, что весь класс будет изучать основы православия. Я стала выяснять, в чем дело. И оказалось, что одного учителя отправили изучать методику преподавания одного предмета, другого — второго модуля, третьего — третьего и т. д. Нашей учительнице «достались» ОПК. Родителям же объяснили: «Ваши дети ведь не религию будут изучать. Зато они останутся у своего учителя». В итоге все «записались» на основы православия. Все, кроме моего сына. Он ходит на светскую этику с другим классом. У меня ощущение, что этот модуль — основы православия — именно насаждается.

Вера или культура?
Моей коллеге возражают: это всего лишь частный случай. Выбор модуля — дело добровольное, а сам предмет носит исключительно светский характер. Однако у директора средней школы № 6 Виктора КОМИССАРОВА есть веские основания сомневаться в этом.

— Сошлюсь на мнение телеведущего Александра Архангельского, который считает, что введение ОРКСЭ и, в частности основ православия, в школах — это подмена, так как они не могут быть культурологическим предметом, — убежден он. — Данные аспекты изучаются в курсах истории и литературы. А в качестве светского этот предмет бессмыслен, потому что его невозможно преподавать вне вероучения. Вот это мне кажется самым главным. В основе преподавания в школе всегда лежат научные знания. А основы любой религии — хотим мы этого или нет — предполагают, прежде всего, изучение основ какой-либо веры. Еще один момент — почему предмет изучается именно в 4-м классе? Об этом стараются не говорить. Если это культурологический предмет, то давайте вводить его, по крайней мере, в 8–9‑м или в старших классах.

Нравственный стоп-кран
— А я считаю, что и в 4-м классе уже поздновато, — вступает в разговор учитель начальных классов средней школы № 22 Надежда ЧЕРНИКОВА. ОПК она преподает уже около 8 лет. — Основная масса школьных предметов дает детям мировоззренческую картину мира. Но, наверное, должен был появиться предмет, который позволит детям учиться рассуждать о других материях, о чем-то более сокровенном, внутреннем. С моей точки зрения, основы православия — это разговор с детьми о мире, который их окружает, о том, что каждый человек имеет возможность выбирать между добром и злом. О том, что такое совесть человеческая и когда она может стать надежным спутником или контролером в жизни. И в душе есть надежда: если кто-то из моих учеников однажды попадет в экстремальную ситуацию, у него сработает этот нравственный стоп-кран.

Очевидное — неизбежное
Как долго продержатся в школах «компромиссные» ОРКСЭ в их нынешнем спорном варианте, неизвестно. Александр Аникеев убежден: в будущем статус предмета изменится.

— Со временем мы придем к тому, что у нас в школах будет полноценное религиозное образование. Так, как в других странах. За рубежом религия изучается везде, кроме атеистических государств.

Участники «круглого стола» с этой точкой зрения соглашаются. Вот только не все уверены, что эффект окажется положительный.

— К сожалению, религия разделяет. В истории так было всегда. И дальше через школу пойдет водораздел, — считает Виктор Комиссаров. — Я считаю, что школа должна оставаться школой и быть вне политики и религии.

Что выбирают калужские школьники

• 70,02% — «основы православной культуры».
• 27% — «основы светской этики».
• Около 3% — «основы мировых религиозных культур».
• 0,08% — «основы исламской культуры».
• 0,01% — «основы иудейской культуры».
• Всего один школьник выбрал «основы буддийской культуры».

P. S. Эта тема лично мне интересна не только с теоретической, но и с практической точки зрения — ведь у меня растут две дочери. Хочу ли я, чтобы с ними говорили в школе о таких вещах, как милосердие, добро и зло, проблема выбора? Конечно, да! Но вот нужен ли для этого отдельный предмет, да еще религиозной направленности — сомневаюсь. Когда я училась в школе, с нами эти темы обсуждали на уроках литературы и истории. И еще я убеждена, что нравственные «стоп-краны», в первую очередь, формирует все же семья, а не школа. Но если уж религиозное образование в школах неизбежно, то почему бы не пойти по компромиссному пути? Я, например, совершенно не против того, чтобы моим детям объяснили, что мы живем в многонациональной стране, где люди исповедуют различные религии, и что их традиции нужно уважать. А потом уже пусть дадут детям возможность изучать то, что хотят они или их родители. Вот тогда, на мой взгляд, это будет, действительно, честный разговор с детьми о мире, который их окружает.

Фото Игоря РУЛЕВА и Натальи ЛУГОВОЙ.