6-й школе вынесли приговор
В этом учебном году ее лишают права выдачи аттестатов о среднем образовании.
В этом учебном году ее лишают права выдачи аттестатов о среднем образовании.
Известие о том, что их одиннадцатиклассники не написали аккредитационные тесты, прозвучало для педагогов и руководства средней школы № 6 имени А. С. Пушкина как гром среди ясного неба.
— Мы волновались за 10-е классы, — говорят директор и завучи. — А вот за 11-е не беспокоились совсем. Дети в параллели очень хорошие, текущая успеваемость у них на высоком уровне. К тому же мы работаем с сайтом диагностических работ по ЕГЭ, откуда нам присылают тесты по программе Единого госэкзамена. До аккредитации мы устраивали по ним две свои проверки. Результаты у этих же самых детей были положительные!
Из четырех аккредитационных работ выпускники не написали три: по русскому языку, математике и физике. Для образовательного учреждения это чревато тем, что, по крайней мере, в этом учебном году оно не сможет выдать своим одиннадцатиклассникам документ о среднем образовании. Аттестаты дети, конечно, получат, но в них будет указана совсем не та школа, в которой они проучились много лет. Случай не исключительный, заверили меня в областном министерстве образования и науки, но центральную школу Калуги коснулся впервые. До этого аккредитацию не проходили в основном частные и сельские образовательные учреждения.
Без права пересдачи
Аккредитационная экспертиза включает, во‑первых, проверку школьной документации на предмет ее соответствия федеральным требованиям, в том числе государственным образовательным стандартам; во‑вторых, тестирование детей на разных ступенях обучения.
— Тестирование учащихся проводится по выборке, — поясняет начальник Управления по контролю и надзору в сфере образования министерства образования и науки Калужской области Владимир ТЫЛКИН. — Образовательное учреждение указывает школьников, и компьютерная программа выбирает в равных пропорциях определенное количество учащихся из числа отличников, хорошистов и среднеуспевающих детей. Выборка составляет 20 человек. Два предмета, по которым тестирование обязательно, — русский и математика. Остальные два выбирает образовательное учреждение.
Учащиеся 5-х и 10-х классов справились с тестами хорошо. А вот выпускники показали высокий балл — 90% — лишь на обществознании. Русский и математику написали 45% школьников, физику — 35%.
Интересуюсь: может быть, дети не справились с заданиями, потому что они были составлены некорректно? Владимир Тылкин возражает:
— Перед началом тестирования учитель просматривает задания. И, если, допустим, какие-то темы еще не пройдены, он может совершенно спокойно об этом сказать, и данный вопрос исключат из тестирования. Но, вообще, прежде чем составлять КИМы, школа дает перечень тем, которые пройдены. В соответствии с этим и готовятся контрольно-измерительные материалы.
— Возможны ли ошибки во время проверки работ?
— Любое непрохождение аккредитации — это очень серьезный вопрос, поэтому каждая работа перепроверяется по нескольку раз, в том числе вручную. Вероятность ошибки стремится к нулю.
— Можно ли по результатам 40-минутного теста объективно судить о качестве работы педагогов? А как же положительные результаты сдачи ЕГЭ на протяжении 5 лет?
— Процедура аккредитации включает не только тестирование. Смотрятся документы школы, ее образовательная программа. К документации 6-й школы тоже были вопросы. Что касается Единого госэкзамена, то, на мой взгляд, он далеко не всегда является показателем работы образовательного учреждения. Не секрет, что многие предметы дети учат не только в школе, но и с репетиторами. И чей вклад больше: репетитора или школьного учителя?
ЕГЭ показывает направленность детей по определенным предметам. И все. А аккредитация позволяет показать, насколько эффективно организована работа в школе.
— Школьник, получив «неуд» за контрольную, имеет шанс ее переписать. Процедура аккредитации предусматривает такую возможность?
— Нет, федеральные документы этого не предусматривают. И я лично на данный момент не вижу в этом необходимости, потому что склонен верить в объективность аккредитации. Ее результаты — повод задуматься учителям и администрации школы: кто преподает в выпускных классах русский язык, математику или физику; стоило ли этих педагогов ставить в старшую школу; кто работал в этих классах прежде.
«Вы нам не верите?»
О причинах неудачно написанных тестов руководство средней школы № 6 размышляет уже почти месяц, но ответов на свои вопросы не находит. Пункт о профнепригодности педагогов, работающих в старшей школе, на повестке дня даже не стоит.
— Учитель математики, который ведет предмет в 11-м классе, очень хороший! — говорит один из завучей Ирина ДОМОРАЦКАЯ. — Этот же специалист, кстати, готовил детей для тестирования на второй ступени. И его результаты очень хорошие. Тот же самый учитель подготовил несколько детей, ставших победителями и призерами городских олимпиад. Поэтому говорить о том, что со старшеклассниками работает непрофессионал, нельзя. То же самое можно сказать о физике. Вообще, если брать результаты по городу и области, то математику и физику школьники почти не пишут.
Это, кстати, не голословное утверждение, а чистая правда. Если на прошлогодней аккредитации самым провальным предметом была история, то в этом выпускники срезаются на физике. Почему так случилось, можно только догадываться. У педагогов 6-й школы есть свое мнение на этот счет.
— Тесты по математике для 11-го класса были составлены без опоры на тот учебник, по которому мы работаем, а по другому автору, — продолжает Ирина Доморацкая. — И большая часть заданий была не за 10-й класс, а на те темы, которые дети только-только начали изучать и еще не успели отработать. Кроме того, уровень сложности заданий рассчитан на детей, которые занимаются на 4 и 5. Троечник с такого рода тестами не справится.
Смутил педагогов 6-й школы и такой момент: когда они обратились в экспертную комиссию с просьбой посмотреть работы своих выпускников, то получили отказ.
— Нам сказали, что работы анонимные, дети просто ставили галочки и смотреть там нечего, — рассказывает заместитель директора Тамара ПОЛИКАНОВА. — И еще спросили нас: «Вы не доверяете нашей работе?» Вообще, в прошлые годы, когда проходила аккредитация, в экспертном заключении приводился анализ по каждой теме: какой процент учеников с ней справился. Таким образом мы видели, какая тема у нас «выпадает» и над чем в перспективе нужно работать. Сейчас нам такой раскладки не дали. Над чем конкретно работать, не понятно.
В неведении
— Школа — это образовательное учреждение, где учатся дети. Поэтому при принятии такого глобального решения, влияющего на их судьбы, ситуация должна анализироваться в комплексе, — убежден директор школы № 6 имени А. С. Пушкина Виктор КОМИССАРОВ. — Давайте смотреть пятилетние результаты ЕГЭ. Я не согласен с тем, что они не являются показателем качества работы школы. Давайте смотреть документацию. Если к ней имеются серьезные замечания, это один вопрос. Но к документам по старшей ступени замечаний и претензий не возникло вообще! А если нет, то почему за основу берется 45-минутный ненаписанный тест и по нему принимается такое жесткое, глобальное решение?
Что касается выпускников, то, по словам Владимира Тылкина, они могут продолжать обучение в своей школе, поскольку соответствующая лицензия у образовательного учреждения есть. А вот аттестаты об окончании каких школ получат дети, не ясно.
Между тем по своим каналам учителя выяснили: накануне новогодних праздников руководителей трех образовательных учреждений уже оповестили о том, что выпускники 6-й школы получат аттестаты у них. Почему об этом «забыли» рассказать педагогам школы № 6, можно только догадываться.
Казнить нельзя помиловать
Право «реабилитироваться» 6-я школа получит только через год. Но убеждена: этот шанс ей можно предоставить и сейчас, тем более что сами чиновники говорят, что случай неординарный. И, наверное, все-таки странный, если учесть, что те же сельские школы, уровень преподавания в которых по определению ниже, аккредитацию прошли, а центральная городская оказалась в аутсайдерах. Так что повторная контрольная сняла бы многие вопросы. И не будем забывать, что возможность обжаловать приговор есть даже у преступников. А школа ведь не преступник. И хотя бы поэтому она имеет право либо исправить ошибку, либо доказать, что ее не было.
Фото Валерия КОЗЬЯНИНА.
Известие о том, что их одиннадцатиклассники не написали аккредитационные тесты, прозвучало для педагогов и руководства средней школы № 6 имени А. С. Пушкина как гром среди ясного неба.
— Мы волновались за 10-е классы, — говорят директор и завучи. — А вот за 11-е не беспокоились совсем. Дети в параллели очень хорошие, текущая успеваемость у них на высоком уровне. К тому же мы работаем с сайтом диагностических работ по ЕГЭ, откуда нам присылают тесты по программе Единого госэкзамена. До аккредитации мы устраивали по ним две свои проверки. Результаты у этих же самых детей были положительные!
Из четырех аккредитационных работ выпускники не написали три: по русскому языку, математике и физике. Для образовательного учреждения это чревато тем, что, по крайней мере, в этом учебном году оно не сможет выдать своим одиннадцатиклассникам документ о среднем образовании. Аттестаты дети, конечно, получат, но в них будет указана совсем не та школа, в которой они проучились много лет. Случай не исключительный, заверили меня в областном министерстве образования и науки, но центральную школу Калуги коснулся впервые. До этого аккредитацию не проходили в основном частные и сельские образовательные учреждения.
Без права пересдачи
Аккредитационная экспертиза включает, во‑первых, проверку школьной документации на предмет ее соответствия федеральным требованиям, в том числе государственным образовательным стандартам; во‑вторых, тестирование детей на разных ступенях обучения.
— Тестирование учащихся проводится по выборке, — поясняет начальник Управления по контролю и надзору в сфере образования министерства образования и науки Калужской области Владимир ТЫЛКИН. — Образовательное учреждение указывает школьников, и компьютерная программа выбирает в равных пропорциях определенное количество учащихся из числа отличников, хорошистов и среднеуспевающих детей. Выборка составляет 20 человек. Два предмета, по которым тестирование обязательно, — русский и математика. Остальные два выбирает образовательное учреждение.
Учащиеся 5-х и 10-х классов справились с тестами хорошо. А вот выпускники показали высокий балл — 90% — лишь на обществознании. Русский и математику написали 45% школьников, физику — 35%.
Интересуюсь: может быть, дети не справились с заданиями, потому что они были составлены некорректно? Владимир Тылкин возражает:
— Перед началом тестирования учитель просматривает задания. И, если, допустим, какие-то темы еще не пройдены, он может совершенно спокойно об этом сказать, и данный вопрос исключат из тестирования. Но, вообще, прежде чем составлять КИМы, школа дает перечень тем, которые пройдены. В соответствии с этим и готовятся контрольно-измерительные материалы.
— Возможны ли ошибки во время проверки работ?
— Любое непрохождение аккредитации — это очень серьезный вопрос, поэтому каждая работа перепроверяется по нескольку раз, в том числе вручную. Вероятность ошибки стремится к нулю.
— Можно ли по результатам 40-минутного теста объективно судить о качестве работы педагогов? А как же положительные результаты сдачи ЕГЭ на протяжении 5 лет?
— Процедура аккредитации включает не только тестирование. Смотрятся документы школы, ее образовательная программа. К документации 6-й школы тоже были вопросы. Что касается Единого госэкзамена, то, на мой взгляд, он далеко не всегда является показателем работы образовательного учреждения. Не секрет, что многие предметы дети учат не только в школе, но и с репетиторами. И чей вклад больше: репетитора или школьного учителя?
ЕГЭ показывает направленность детей по определенным предметам. И все. А аккредитация позволяет показать, насколько эффективно организована работа в школе.
— Школьник, получив «неуд» за контрольную, имеет шанс ее переписать. Процедура аккредитации предусматривает такую возможность?
— Нет, федеральные документы этого не предусматривают. И я лично на данный момент не вижу в этом необходимости, потому что склонен верить в объективность аккредитации. Ее результаты — повод задуматься учителям и администрации школы: кто преподает в выпускных классах русский язык, математику или физику; стоило ли этих педагогов ставить в старшую школу; кто работал в этих классах прежде.
«Вы нам не верите?»
О причинах неудачно написанных тестов руководство средней школы № 6 размышляет уже почти месяц, но ответов на свои вопросы не находит. Пункт о профнепригодности педагогов, работающих в старшей школе, на повестке дня даже не стоит.
— Учитель математики, который ведет предмет в 11-м классе, очень хороший! — говорит один из завучей Ирина ДОМОРАЦКАЯ. — Этот же специалист, кстати, готовил детей для тестирования на второй ступени. И его результаты очень хорошие. Тот же самый учитель подготовил несколько детей, ставших победителями и призерами городских олимпиад. Поэтому говорить о том, что со старшеклассниками работает непрофессионал, нельзя. То же самое можно сказать о физике. Вообще, если брать результаты по городу и области, то математику и физику школьники почти не пишут.
Это, кстати, не голословное утверждение, а чистая правда. Если на прошлогодней аккредитации самым провальным предметом была история, то в этом выпускники срезаются на физике. Почему так случилось, можно только догадываться. У педагогов 6-й школы есть свое мнение на этот счет.
— Тесты по математике для 11-го класса были составлены без опоры на тот учебник, по которому мы работаем, а по другому автору, — продолжает Ирина Доморацкая. — И большая часть заданий была не за 10-й класс, а на те темы, которые дети только-только начали изучать и еще не успели отработать. Кроме того, уровень сложности заданий рассчитан на детей, которые занимаются на 4 и 5. Троечник с такого рода тестами не справится.
Смутил педагогов 6-й школы и такой момент: когда они обратились в экспертную комиссию с просьбой посмотреть работы своих выпускников, то получили отказ.
— Нам сказали, что работы анонимные, дети просто ставили галочки и смотреть там нечего, — рассказывает заместитель директора Тамара ПОЛИКАНОВА. — И еще спросили нас: «Вы не доверяете нашей работе?» Вообще, в прошлые годы, когда проходила аккредитация, в экспертном заключении приводился анализ по каждой теме: какой процент учеников с ней справился. Таким образом мы видели, какая тема у нас «выпадает» и над чем в перспективе нужно работать. Сейчас нам такой раскладки не дали. Над чем конкретно работать, не понятно.
В неведении
— Школа — это образовательное учреждение, где учатся дети. Поэтому при принятии такого глобального решения, влияющего на их судьбы, ситуация должна анализироваться в комплексе, — убежден директор школы № 6 имени А. С. Пушкина Виктор КОМИССАРОВ. — Давайте смотреть пятилетние результаты ЕГЭ. Я не согласен с тем, что они не являются показателем качества работы школы. Давайте смотреть документацию. Если к ней имеются серьезные замечания, это один вопрос. Но к документам по старшей ступени замечаний и претензий не возникло вообще! А если нет, то почему за основу берется 45-минутный ненаписанный тест и по нему принимается такое жесткое, глобальное решение?
Что касается выпускников, то, по словам Владимира Тылкина, они могут продолжать обучение в своей школе, поскольку соответствующая лицензия у образовательного учреждения есть. А вот аттестаты об окончании каких школ получат дети, не ясно.
Между тем по своим каналам учителя выяснили: накануне новогодних праздников руководителей трех образовательных учреждений уже оповестили о том, что выпускники 6-й школы получат аттестаты у них. Почему об этом «забыли» рассказать педагогам школы № 6, можно только догадываться.
Казнить нельзя помиловать
Право «реабилитироваться» 6-я школа получит только через год. Но убеждена: этот шанс ей можно предоставить и сейчас, тем более что сами чиновники говорят, что случай неординарный. И, наверное, все-таки странный, если учесть, что те же сельские школы, уровень преподавания в которых по определению ниже, аккредитацию прошли, а центральная городская оказалась в аутсайдерах. Так что повторная контрольная сняла бы многие вопросы. И не будем забывать, что возможность обжаловать приговор есть даже у преступников. А школа ведь не преступник. И хотя бы поэтому она имеет право либо исправить ошибку, либо доказать, что ее не было.
Фото Валерия КОЗЬЯНИНА.
Чтобы оставлять комментарии
Авторизуйтесь
