Калужский психолог - о том, как заставить ребенка учиться

Опубликовано: 06.04.2021 19:00 18 3950
Калужский психолог - о том, как заставить ребенка учиться

С калужским клиническим психологом Михаилом ОБУХОВЫМ мы обсудили современные ценности молодежи, отношение к учебе, предстоящую сдачу ЕГЭ и выбор профессии.

Вой­на за души

— Михаил, подростковый возраст действительно кризисный?

— Конечно! Есть редкие и счастливые исключения, но это исключения.

— На какие тревожные звоночки стоит обращать внимание родителям?

— На перемены настроения, нарушение сна, самочувствия, отсутствие аппетита, на реакции, которых раньше не было, а теперь появились, или, наоборот, уменьшение, сужение чего-­то привычного: круга друзей, жизненных интересов. В патопсихологии есть две группы симптомов: первая — когда чего-­то не было, а теперь есть. Например, не было раздражительности, и вдруг появилась. А вторая — ​то, что раньше было, а теперь его нет, например, была секция, и вдруг перестал ходить. Когда в человеке что-­то пропадает или появляется нехарактерное, это должно настораживать. И не надо стесняться обращаться к специалисту. Большая часть проблем — из-­за несвоевременного обращения, потому что родители думают, что само пройдет.

— Чаще всего именно в подростковом возрасте ребенок забрасывает учебу.

— Желательно, чтобы он изначально воспринимал учебу как данность, такую же, как чистить зубы. Понятно, можно объяснить, зачем надо чистить зубы, что это гигиена и могут быть разные заболевания. Но в некоторых случаях что-­то обосновывать незачем. Просто существует такое явление, как школа, и туда надо идти. Такие правила игры.

Иногда родители все же пытаются обосновать, говорят, что учиться надо для будущего. Но будущего пока нет, ребенок в нем еще не живет, оно далеко. Поэтому обоснования не нужны. Более того, в нашем мире есть огромное количество контраргументов против учебы. Например, инженеры сейчас зарабатывают меньше, чем блогеры. Пытаться объяснить подростку, зачем ему хорошо учиться, значит, опуститься до его уровня. А этого делать нельзя. Нельзя быть подростку другом, это нарушение иерархии.

— То есть отношения между родителями и детьми должны быть авторитарными?

— Я за авторитарные. Слишком много развели демократии, и теперь пожинаем ее плоды. Четкая вертикаль! Если подросток чувствует, что родитель с ним дружески общается, у него возникает тревога: вроде этот человек мой родитель, а ведет себя, как равный мне. У него недоумение. И все истории «мы с мамой лучшие подруги» — полный абсурд. Есть четкая иерархия в семье, кто какую позицию занимает. Но мир разделился на две группы: консерваторы, как я, и девианты. В одном классе, городе, обществе есть и те, и другие. И пусть наши читатели сами честно рассудят, к какой группе они ближе. Если они девианты, надо это признать и расхлебывать последствия. Если позиционируют себя как недевианты, то пусть изучают традиционную консервативную логику и следуют ей. Если человек думает, что может совместить в себе и то, и другое, до какой-­то степени это возможно, но это перекос. Тема, которую мы с вами обсуждаем, это поле битвы, вой­на за человеческие души. Причем повсеместная. Кто-­то проигрывает эти битвы, кто-­то ­выигрывает. Нужна большая выдержка, потому что существует социальное давление, либеральная вседозволенность. Сейчас все больше разговоров, что дети — ​это личности со своим мнением, к которому надо прислушиваться. Мнение ребенка, действительно, знать надо. Но надо с самим ребенком разобраться: давай посмотрим, откуда твое мнение взялось, поищем его происхождение. Если оно из «ТикТока», это не твое мнение. Если друзья сказали, это тоже не твое мнение, оно заимствовано у друзей. Когда ребенок начнет понимать: все, что он в своей голове держит, имеет внешнее происхождение — тогда более критично к этому будет относиться.

— Подростки более внушаемы?

— Разумеется! Они, конечно, думают, что это не так. Но и недавние ­политические события показали, что самая управляемая и неосознанная часть общества — ​это как раз подростки. Можно было убедиться: грош цена их мнению, что они свободомыслящие личности. На самом деле они обеспокоены только собственным комфортом и потребительством. И тот, кто посулит им больше благ, комфорта и вседозволенности, будет для них авторитетом. А тот, кто призывает к дисциплине, порядку, некоторому ограничению, будет плохим для них.

Меньше работать, больше получать

— Очень часто учеба больше волнует родителей, а не самого ребенка.

— Надо различать обоснованные требования в отношении ребенка и свои неоправданные ожидания. Например, из меня не получился врач, он получится из моего ребенка. Дальше идут неправильные ­перекосы — якобы всем нужно высшее образование и обязательно престижное. Но, если по ребенку видно, что он не офисный менеджер, а хорошо умеет руками работать, зачем издеваться над природой и заставлять его делать то, к чему он совсем не приспособлен?

— Может ли подросток сам определиться с выбором вуза, профессии?

— Человек вообще долго не способен определиться с выбором, а тем более ребенок. Сейчас люди взрослеют позже, чем в прежние времена. И даже к моменту, когда высшее образование получили, нельзя сказать, что они определены по жизни. Определенность осознается ближе к 30 годам.

— Это происходит из-­за гиперопеки родителей?

— Нет, это общий тренд. Люди стали инфантильнее, более капризные, избалованные, неприспособленные к жизни, чем были хотя бы 15 лет назад. Сейчас люди и в 40 лет иногда понимают, что их выбор был неправильным. Редко кому повезло родиться в такой семье, где родители четко определили обстоятельства и ребенок принял их. Часто это династии. Родился в медицинской семье, скорее всего, будет медиком. Я за династии. Когда человек с рождения живет в той культуре, в которой будет жить и дальше.

— Бывает, что на выбор влияют друзья, например, подал документы в вуз за компанию с другом.

— Нет, так было раньше. Сейчас понятие «друг» — ​эфемерное. Большинство друзей теперь виртуальные, а реальные не так влияют на выбор, точнее, на псевдовыбор. Есть тренды, которые сводятся к одному: поменьше делать, а если делать, то все в удовольствие и в радость, и получать за это много денег. Все!

— Как с таким трендом бороться?

— Никак, это бесполезно, это стихийное явление. Если с ним бороться, то на государственном уровне. Например, ввести цензуру в Интернете, как Китай делает. Отдельно взятая семья может только сказать: «Видишь ли, дружище, мы такие, а они другие. Вот им можно заниматься чушью и смотреть «ТикТок», а нам нельзя». И все, без объяснений.

Деньги за хорошие оценки

— Можно ли руганью заставить ребенка учиться?

— Руганью ничего добиться нельзя. Когда поведение можно скорректировать на раннем этапе, ругань мешает, потому что она неуместна. А когда уже ничего нельзя исправить, она бесполезна. ­Ругань — ​это когда человек расписывается в собственной беспомощности, в том, что не смог правильно процесс организовать.

— А хвалить полезно?

— Существует мнение, и оно правильное, что у нас есть потребность, чтобы нас принимали. Причем принимали любыми. Поэтому мы падки на похвалу.

— Многие родители монетизируют учебу. За хорошие оценки дают ребенку деньги.

— Глупость несусветная, так быть не должно! Это нарушение иерархии, нарушение взаимоотношений, логики в семье, привитие неправильных ценностей, абсолютно неправильных мотиваций. Учеба — ​это не то, что должно измеряться деньгами.

— Объясняют тем, что ребенок таким образом учится распоряжаться деньгами...

— Это подается под таким соусом. Не надо учить финансовой грамоте ценой искажений ценностей.

— Даже подросткам, которые более осмысленны, не стоит давать деньги?

— Не надо считать подростков осмысленными. Я часто слышу мнение: «Он взрослый, он понимает». Да какой взрослый! Взрослый он будет годам к 30, если повезет. Нельзя до поры до времени считать человека осознанным, умеющим принимать решения. Слишком переоценивается подростковая осознанность.

Снять сверхконтроль

— Перед ЕГЭ тревожность у всей семьи возрастает. Как справиться с напряжением?

— Я бы и как родитель, и если бы был школьником, подходил таким образом: ЕГЭ — ​это глупость и вред. Так вышло, что волею судьбы нас закинуло в это общество, в необходимость сдавать то, что является вредом и глупостью. Относиться надо философски. Если получилось у меня сдать — о’к, я вписался в правила этого бестолкового мира, и у меня будут определенные «плюшки». Если что-­то пошло не так, ну и что страшного, если я не вписался в эти глупые и вредные правила!

— Но от количества набранных баллов зависит дальнейшее образование.

— Это блеф. Ничего от этого не зависит. Практика показывает, что и троечники, и люди без высшего образования часто успешнее отличников, закончивших вузы. Заблуждение, что высшее образование ведет к благополучию. Достаточно посмотреть, кстати, на тех же самых тиктокеров и блогеров. И воспользоваться аргументами самих же подростков, сказать: «Посмотри, у них нет высшего образования». Мир изменился. Я бы сверхтревожность и сверхконтроль, связанные с ЕГЭ, снял. Как только человек расслабляется и немного контролируемо забивает на то, к чему раньше слишком серьезно относился, у него показатели растут. Тревожность заглушается эффективностью.

У каждого своя стратегия

— Как без нервов подготовиться к экзамену?

— Нет никаких лайфхаков. Должна быть системная подготовка.

— Перед экзаменом стоит зубрить по ночам или надо больше отдыхать?

— Все индивидуально. У каждого ​своя стратегия. Нужен баланс. Важно соотношение работы и отдыха. У каждого оно свое. Помогите подростку распознать и придерживаться его. Часто родители сами разбалансированы, и их тревожность передается ребенку.

— Все-таки счастье не определяется оценками...

— Счастье вообще категория, которая другими вещами и явлениями определяется. А оценки — ​это некая социальная договоренность, то, что на определенном этапе нужно. И пусть каждый определит к этому свое отношение.

Опубликовано: 06.04.2021 19:00 18 3950
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми Ctrl+Enter

Какое впечатление произвела на вас эта новость? Нажмите на кнопку ниже и передайте ей свое настроение!

 
 
 
 
загрузка комментариев