Она пережила травлю, но не сдалась: что случилось с женой Ракицкого
На «Морозовских чтениях» в библиотеке им. Белинского библиограф Тарусской районной библиотеки Татьяна Зорина раскрыла малоизвестные страницы жизни писательницы Софьи Федорченко.
Она была женой создателя знаменитого дендрария Николая Ракицкого.
– С Тарусой Софью Захаровну связывают 33 года жизни. Однако мало кто знает, какой непростой путь она прошла, – сказала вначале своего выступления Татьяна Зорина.
Роман о войне
-Будущая писательница родилась в Петербурге. Её мать, французская актриса цыганских кровей, постоянно жила в Париже и приезжала в Россию лишь дважды в год.
Дочь она отдала на воспитание в крестьянскую семью.
До семи лет Софья росла в деревне Кохма Владимирской губернии (ныне Ивановская область), следующие пять лет провела в Париже, а затем путешествовала с отчимом-инженером Захарием Анатольевичем Гониондзским по российским губерниям.
Окончив гимназию, поступила на юридический факультет Киевского университета, но не закончила его. В 1902 году вышла замуж за 20-летнего студента Алексея Семёновича Федорченко.
Первую мировую войну 34-летняя Софья добровольно ушла фронт, была сестрой милосердия под Петроградом.
Служила в том же санитарном поезде, что и Константин Паустовский. И долгими ночами слушала разговоры солдат.
Год и восемь месяцев на передовой подорвали её здоровье: тяжело заболев, Федорченко уехала сначала в Киев, затем в Москву.
Там ее поразил контраст между фронтом и сытой, благополучной жизнью. Так родился замысел книги «Народ на войне».
Сначала она пробовала писать роман, затем дневник, но в итоге решила записать всё, что слышала от бойцов.
После Февральской революции она вернулась на фронт, «работать по помощи населению, пострадавшему от войны».
Во время Гражданской войны работала на Украине.
Когда в Киев вошёл Петлюра, уехала в Крым.
Потом работала на Северном Кавказе, а в 1922 году переехала в Москву, где начала заниматься литературой. Вышел второй том «Народ на войне. Революция».
Книга имела огромный успех. Максим Горький назвал её ценной, ею восхищались Волошин и Блок.
«Народ на войне» перевели на французский и немецкий языки.
Никто не сомневался в документальности: Федорченко сначала написала: «Была я все время среди солдат, записывала просто, не стесняясь».
До 1928 года книга пользовалась успехом, писательница попала в число наиболее публикуемых авторов.
Но вскоре разразился скандал.
Писатели стали использовать книгу как материал для собственных произведений, Алексей Толстой даже включил отрывки из нее в «Хождение по мукам» без ссылок и цитат.
Тогда Федорченко вынуждена была признаться: никаких фронтовых записей у неё не было, она всё написала сама.
Началась травля.
Демьян Бедный опубликовал в «Известиях» разгромную статью, обвинив её в фальсификации.
Это стало страшным ударом для Софьи: обострился туберкулёз, пошла горлом кровь, отнялись ноги.
Её перестали печатать.
Но Софья Захаровна не сдалась – писала для детей, вышел ее исторический роман «Илья Муромец и миллион богатырей», а затем и роман «Павел Семигоров».
Работе над его писательница посвятила последние годы жизни.
Счастье в Тарусе
Брак Софьи распался во время Первой мировой войны: Алексей Федорченко считал жену погибшей. И в 1919 году у него родилась дочь от второго брака.
А Софья Захаровна в 1920 году в Крыму вышла замуж за Николая Петровича Ракицкого. Он был ученый-агроном, знал много языков, изучал историю искусства в Италии.
Впервые они приехали в Тарусу в августе 1926 года в гости к Николаю Алексеевичу и Екатерине Васильевне Сахаровым. Екатерина Васильевна была дочерью Поленова.
Жили они тогда на улице Коммунальной. Красота здешних мест покорила Федорченко и Ракицкого.
Вскоре они купили у купца Наткина домик, а городской совет выделил участок, на котором ранее пасся скот.
Год спустя к Ракицкому приехал Людвиг Мартенс.
Вместе они решили создать дендрарий и подали заявление о выделении земельного участка.
Им отвели участок на улице Пушкина сроком на 15 лет.
За это время они должны были огородить его, вырастить сад, который потом поступал в распоряжение городского совета.
Но тут из командировки вернулась жена Мартенса, она была против того, чтобы строиться в Тарусе (позднее они построили дачу в посёлке Тарасовка под Москвой). Мартенс уехал, и Ракицкий продолжил дело один.
Полученный участок был мал для дендрария, и Николай Ракицкий обратился в городской совет.
К первому участку был присоединён второй, соседний.
Общая площадь составила 6500 квадратных метров, но впоследствии Ракицкий был всё равно вынужден отдать часть участка соседям.
План посадок был нарушен, и оставшуюся часть земли засадили плодовыми деревьями.
Зимой 1940 года они все вымерзли.
А во время войны в доме жили знакомые, они вырубили часть сада под огород — надо было кормиться.
В саду росли: сахалинская гречиха, маньчжурский орех, румелийская сосна, татарский клён, магония, сибирская пихта, серебристая ель, японский бересклет, дикая маслина, белая акация, мичуринская акация, барбарис японский, дальневосточный лиан и другие.
Дом оживал в июне: на легковой машине приезжали хозяева вместе со своей собачкой Хмеликом.
Следом прибывал грузовик с ящиками, коробками, мешками, рассадой, саженцами, семенами.
Выгружать помогали соседи.
Им же Софья Захаровна доверяла стирать бельё, готовить еду. Готовили на двух керосинках, которые горели с утра до вечера: за завтраком следовал обед, а потом — вечернее чаепитие, на которое собирались друзья.
Раз в неделю Софья Захаровна обходила сад, проверяла, всё ли в порядке, какую работу ещё нужно сделать.
Самым трудным был полив: водопроводов тогда не было, воду таскали из пруда, который находился неподалёку, на улице Пушкина.
Николаю Петровичу по долгу службы приходилось много времени проводить в Москве, Софья Захаровна находилась в основном в Тарусе: занималась садом, писала Ракицкому трогательные письма:
«Милый Николай Петрович, проживи весь год здоровым, на Тарусу будь в надежде, а со мной дружи, как прежде.
Вчера и сегодня нет грозы, и я спокойно гуляла вчера и другого дня по саду. Хмель шёл рядом.
Очень грустно без тебя, весь сад к тебе взывает».
Федорченко любила приезжать в Тарусу: тогда это был маленький городок с населением чуть более двух тысяч. Эту семью знали все тарусяне.
Отдали все городу
Скончалась Софья Захаровна Федорченко 12 июля 1959 года при сборах в Тарусу.
Её врач Михаил Милентьев писал, что Софья Захаровна пролежала 12 дней без сознания, но «своё» в мозгу что-то теплилось и она была агрессивна и неспокойна».
В книге «Мой час и моё время» Милентьев вспоминает Федорченко как человека талантливого, гордого, самостоятельного, с неукротимым духом.
Он познакомился с ней в Тарусе, где обычно проводил лето в своём доме на улице Пушкина.
Часто общался с Софьей Захаровной и отмечал, что беседы были интересными, но долго оставаться у неё было тяжеловато — от того, что её не печатали, Федорченко чувствовала себя обиженной.
Эти тяжёлые чувства отражались не только на её состоянии, но и на окружающих.
В последние годы у неё нарастали старческие немощи, упало зрение, но она не сдавалась и продолжала работать.
Николаю Петровичу Ракицкому в 1967 году было присвоено звание почётного гражданина Тарусы.
Умер он в октябре 1979 года. Свою коллекцию произведений искусства (более 200 предметов: живопись, фарфор, стекло, фрагменты старинного кружева) он еще в 1962 году подарил тарусской картинной галерее.
Сад Ракицкого долгое время был достопримечательностью Тарусы, потом пришёл в запустение.
В 2020 году новая владелица — московский дизайнер Евгения Жданова купила этот участок и восстановила дом. Здесь теперь проходят экскурсии, фестивали, лекции, мастер-классы.
На ограде сада висят картины, которые Ракицкий передал галерее, напечатанные на ультратонкой керамике.
А у входа в музей - портрет Софьи Федорченко.
