Человек, который не сдается
С рождения Сергею поставили страшный диагноз — ДЦП, с последствиями которого он борется всю жизнь.
С рождения Сергею поставили страшный диагноз — ДЦП, с последствиями которого он борется всю жизнь.
О мытарствах Сергея ШАРАБИНА — писателя, журналиста, шахматиста, инвалида II группы, трижды посетившего Китай в надежде на полное исцеление, мы рассказывали на страницах нашей газеты. Не так давно он выпустил 5‑е издание автобиографической книги «Через тернии — к счастью».
Жизнь вопреки
— Я всегда хотел быть как все, — рассказывает Сергей Шарабин.
В то время когда мальчишки во дворе играли в салки и лазили по деревьям, он в санатории «Калуга-бор» лежал с гипсовыми повязками на обеих ногах, носил тяжелую ортопедическую обувь, в кровь стиравшую ступни.
— Мама и папа со мной помотались, — признается Сергей. — К каким только специалистам меня не возили!
Но те могли лишь на время улучшить состояние ребенка, объясняя, что полное выздоровление невозможно. Несмотря на то что Сергей с трудом передвигался, а речь его не всегда была понятна окружающим, родители решили: он должен вести такую же жизнь, как и его ровесники.
— Папа у меня был пробивным человеком, и в первый класс я пошел в обычную общеобразовательную школу.
Для этого в московском Медико-педагогическом институте дефектологии пришлось брать справку, что болезнь не задела интеллект Сергея.
Учеба наравне со сверстниками стоила титанических усилий, правая рука к концу урока становилась ватной, дойти от дома до школы зимой в гололедицу, передвигаясь черепашьим шагом, было сравни подвигу. Да и авторитет в классе пришлось буквально завоевывать. Худощавый угловатый мальчишка сразу же стал предметом для насмешек. Но его упорство и невероятная жажда жизни вызывали невольное уважение.
— С одноклассниками мы встречаемся один-два раза в год, — рассказывает Сергей. — Многие из них — мои близкие друзья.
Окончив 10 классов, Сергей поступил в институт — из 20 возможных баллов набрал 18.
— Никакой скидки ему при поступлении не было, — рассказывает мама Сергея Любовь ШАРАБИНА.
Шах и мат
Практически все инвалиды в нашей стране ведут затворнический образ жизни: годами не выходят на улицу, на пособие по инвалидности скорее существуют, чем живут. Сергея это не устраивало, после окончания института он сразу же пошел работать. Сначала — на СМК «Гигант», затем — в ДСЮШ № 5 тренером по шахматам.
— Любовь к шахматам с 5‑летнего возраста мне привил папа, — говорит Сергей. — Но серьезно я стал ими заниматься лишь с 4‑го класса.
Шахматы для мальчишки стали настоящей страстью.
— В областных соревнованиях за шахматной доской приходилось проводить по 6–7 часов. Это физически тяжело, — признается Сергей. — Помню, у меня была чисто выигрышная позиция, оставалась только мат поставить противнику. Но вместо этого я убиваю его пешку, и возникает патовая позиция. А вокруг меня не продохнешь — нас обступили зрители, они буквально висли на мне, я был сам не свой…
Сейчас Сергей работает тренером по шахматам в школе № 4, в которой сам когда-то учился. А ведь многие знакомые считали, что он не сможет найти с детьми общего языка, стать для них авторитетом.
— В этом году я впервые набрал первоклассников, — рассказывает Шарабин. — Порой среди детей встречаются настоящие самородки.
Семейное счастье
Сергей всегда хотел реализоваться не только в профессиональной сфере, но и в личной жизни. При этом он прекрасно понимал: внимание противоположного пола обращено на сильных, брутальных парней и вряд ли кто-то за его изможденной внешностью заметит богатый внутренний мир. Тогда он стал мечтать о полном исцелении. С этого начались бесконечные «хождения по мукам» — врачам, чиновникам, меценатам с просьбой отправить его на лечение в Китай. Напомним: в этой стране он все-таки побывал, но врачи не решились на операцию… И когда он смирился со своим одиночеством, в его жизнь буквально ворвалась Светлана.
О Сергее она узнала из газеты. Светлану настолько тронула его история, что она тут же написала автору статьи с просьбой выслать адрес Шарабина. Так завязалась переписка.
— Во втором письме я пригласил ее в гости — она из Воронежской области, города Новохоперска. Светлана приехала, прожила у меня 10 дней, потом уехала. Вернулась с чемоданами.
Вместе они уже 10 лет.
— Я считаю, что реализовал себя в разные моменты времени где-то на 90%. 10% оставляю на будущее, — признается Сергей.
А кто из нас с вами может похвастаться тем же?
Сергей Шарабин проводит сеанс одновременной игры.
2002 год. Обследование в Китае.
Пятидесятилетие шахматист встретил в кругу родных и друзей.
Сергей с мамой Любовью Константиновной, отцом Николаем Григорьевичем и супругой Светланой.
Фото Сергея Константинова и из личного архива Сергея Шарабина.
О мытарствах Сергея ШАРАБИНА — писателя, журналиста, шахматиста, инвалида II группы, трижды посетившего Китай в надежде на полное исцеление, мы рассказывали на страницах нашей газеты. Не так давно он выпустил 5‑е издание автобиографической книги «Через тернии — к счастью».
Жизнь вопреки
— Я всегда хотел быть как все, — рассказывает Сергей Шарабин.
В то время когда мальчишки во дворе играли в салки и лазили по деревьям, он в санатории «Калуга-бор» лежал с гипсовыми повязками на обеих ногах, носил тяжелую ортопедическую обувь, в кровь стиравшую ступни.
— Мама и папа со мной помотались, — признается Сергей. — К каким только специалистам меня не возили!
Но те могли лишь на время улучшить состояние ребенка, объясняя, что полное выздоровление невозможно. Несмотря на то что Сергей с трудом передвигался, а речь его не всегда была понятна окружающим, родители решили: он должен вести такую же жизнь, как и его ровесники.
— Папа у меня был пробивным человеком, и в первый класс я пошел в обычную общеобразовательную школу.
Для этого в московском Медико-педагогическом институте дефектологии пришлось брать справку, что болезнь не задела интеллект Сергея.
Учеба наравне со сверстниками стоила титанических усилий, правая рука к концу урока становилась ватной, дойти от дома до школы зимой в гололедицу, передвигаясь черепашьим шагом, было сравни подвигу. Да и авторитет в классе пришлось буквально завоевывать. Худощавый угловатый мальчишка сразу же стал предметом для насмешек. Но его упорство и невероятная жажда жизни вызывали невольное уважение.
— С одноклассниками мы встречаемся один-два раза в год, — рассказывает Сергей. — Многие из них — мои близкие друзья.
Окончив 10 классов, Сергей поступил в институт — из 20 возможных баллов набрал 18.
— Никакой скидки ему при поступлении не было, — рассказывает мама Сергея Любовь ШАРАБИНА.
Шах и мат
Практически все инвалиды в нашей стране ведут затворнический образ жизни: годами не выходят на улицу, на пособие по инвалидности скорее существуют, чем живут. Сергея это не устраивало, после окончания института он сразу же пошел работать. Сначала — на СМК «Гигант», затем — в ДСЮШ № 5 тренером по шахматам.
— Любовь к шахматам с 5‑летнего возраста мне привил папа, — говорит Сергей. — Но серьезно я стал ими заниматься лишь с 4‑го класса.
Шахматы для мальчишки стали настоящей страстью.
— В областных соревнованиях за шахматной доской приходилось проводить по 6–7 часов. Это физически тяжело, — признается Сергей. — Помню, у меня была чисто выигрышная позиция, оставалась только мат поставить противнику. Но вместо этого я убиваю его пешку, и возникает патовая позиция. А вокруг меня не продохнешь — нас обступили зрители, они буквально висли на мне, я был сам не свой…
Сейчас Сергей работает тренером по шахматам в школе № 4, в которой сам когда-то учился. А ведь многие знакомые считали, что он не сможет найти с детьми общего языка, стать для них авторитетом.
— В этом году я впервые набрал первоклассников, — рассказывает Шарабин. — Порой среди детей встречаются настоящие самородки.
Семейное счастье
Сергей всегда хотел реализоваться не только в профессиональной сфере, но и в личной жизни. При этом он прекрасно понимал: внимание противоположного пола обращено на сильных, брутальных парней и вряд ли кто-то за его изможденной внешностью заметит богатый внутренний мир. Тогда он стал мечтать о полном исцелении. С этого начались бесконечные «хождения по мукам» — врачам, чиновникам, меценатам с просьбой отправить его на лечение в Китай. Напомним: в этой стране он все-таки побывал, но врачи не решились на операцию… И когда он смирился со своим одиночеством, в его жизнь буквально ворвалась Светлана.
О Сергее она узнала из газеты. Светлану настолько тронула его история, что она тут же написала автору статьи с просьбой выслать адрес Шарабина. Так завязалась переписка.
— Во втором письме я пригласил ее в гости — она из Воронежской области, города Новохоперска. Светлана приехала, прожила у меня 10 дней, потом уехала. Вернулась с чемоданами.
Вместе они уже 10 лет.
— Я считаю, что реализовал себя в разные моменты времени где-то на 90%. 10% оставляю на будущее, — признается Сергей.
А кто из нас с вами может похвастаться тем же?
Сергей Шарабин проводит сеанс одновременной игры.
2002 год. Обследование в Китае.
Пятидесятилетие шахматист встретил в кругу родных и друзей.
Сергей с мамой Любовью Константиновной, отцом Николаем Григорьевичем и супругой Светланой.
Фото Сергея Константинова и из личного архива Сергея Шарабина.
Чтобы оставлять комментарии
Авторизуйтесь
