«Пора снимать этот «сериал» с экрана»
Письмо, присланное нашим читателем,
дало повод задуматься о том, стоит ли продолжать рубрику «Русский вопрос».
дало повод задуматься о том, стоит ли продолжать рубрику «Русский вопрос».
«Здравствуйте, уважаемый т. Александр Лапин! Пишу вам по поводу вашей рубрики «Русский вопрос». За публикациями под этой рубрикой я слежу с самого начала. В том числе и за вашими собственными статьями по данному вопросу. И вот пришел к такому выводу.
Примите мои упреки не в обиду, а на пользу. Как говорится в народе, лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Мое резюме: надо закрывать рубрику, пора снимать этот «сериал» с экрана.
Ибо длинные и многословные рассуждения о страшном настоящем России являются не более чем дымовой завесой, прикрывающей нынешний оккупационный режим. Своими философствованиями вы вольно или невольно на какое-то продолжительное время консервируете незавидное состояние России, создаете у читателей иллюзию, что все, в общем-то, неплохо в нашем государстве, вот нужно только подштукатурить, где осыпалось, где-то подпудрить и подрумянить синюшный лик страны. А так, все хорошо, хочется сказать, «прекрасная маркиза».
А когда все обрушится, когда наступит летальный исход на построссийском пространстве, то фигуранты, навевавшие народу «сон золотой», плавно и незаметно отойдут в сторону: мы же хотели как лучше, а получилось как... у Горбачева...
А теперь речь о «Русском вопросе». Вместо того чтобы сказать правду людям, что мы — страна, народ — сейчас живем в условиях оккупационного режима, который поставил себе цель — геноцид русских, вы пустились в пространные рассуждения обо всем на свете: о русском характере, о мужчинах и женщинах, об интеллигенции, пьянстве, особенностях хозяйствования.
Начали рубрику резво, широко, с первых выпусков публиковали нелицеприятные для власти и «пятой колонны» письма читателей, но сами как бы дистанцировались от них. Однако позже, увы, вы резко тормознули, приструнили, остановили на самом интересном месте. Сразу видно, что вы не вольны в своих рассуждениях, следовательно, поэтому лучше всего будет закрыть этот пресловутый «Русский вопрос».
Несть числа поношениям русского человека. И нет ему защитника в собственном доме. Хотя, впрочем, он уже не его. Россия принадлежит пришлым: у них и власть, и деньги. Прежде всего непрошенные гости заполняют собой пространство, территорию, и речь тут не идет о культуре — тем же таджикам или азербайджанцам русская культура и даром не нужна. Им нужны территория, наши ресурсы: лес, нефть, газ, русские женщины в качестве десятых жен и русские мужчины в качестве рабов. Вспомните начертанные на стенах в постсоветских республиках слоганы: «Русские, не уезжайте, нам нужны рабы!»...
А когда русские сопротивляются такой перспективе, то их действия квалифицируются как националистические выступления. Национализм — это даже не идеология, это сердцевина любого народа, это любовь, это русское сопротивление, потому что русские не собираются разделить участь североамериканских индейцев, у которых отобрали все: землю, историю, душу, а из тела сделали чучело. У русских, конечно, есть недостатки, но, заметьте, они никогда не были трусами, и это качество себя еще покажет! А главные недостатки русских — это терпимость, доверчивость и всепрощение, которыми воспользовались все пришлые себе на пользу и, конечно, во вред русским.
Может случиться такое, что однажды мы проснемся утром, всякие — успешные и не очень, продвинутые и не совсем, богатые и бедные, патриоты и космополиты, с орденами, премиями и без оных, обеспеченные и последние бомжи, — проснемся, продирая глаза, оглядимся, а России уже нет... У атомных станций и ракетных шахт охрана — морпехи США, по Кремлю расхаживает Кондолиза Райс, а кремлевские «сидельцы» — в качестве гидов.
Мы все время говорим, мы ищем, где она, эта пресловутая «пятая колонна». Да вот она — уже сдала все врагу: Кремль, Россию, Родину. Вот мы и пришли к одному-единственному выводу, совершенно очевидному: Россия принадлежит определенной диаспоре, а русские здесь не при делах.
Землю заняли, деньги забрали, Родину оболгали, душу изгадили, рот заклеили скотчем, слова не дают сказать... За слово — тюрьма, за песню — пожизненно, не дают песню прокричать, может быть, последнюю перед концом... Но уж лучше стоя умереть, чем, медленно умирая, жить на коленях!!!
Я не возражаю, если вы опубликуете мое письмо, хотя в этом сомневаюсь. Слабо печатать мнение оппонента... Это во-первых. Во-вторых, в ваших сферах вас могут неправильно понять.
И не обижайтесь на некоторую резкость моих суждений: из жизни, как из песни слов, реальность не выбросишь. А реальность — она такова.
С уважением А.С. Лебедев».
Вот такое письмо получил я от нашего читателя и задумался. Может, его автор прав? И действительно, пора закрыть рубрику? Тем более что свою функцию она уже выполнила. В ней мы поставили вопросы о низкой рождаемости и стремительном вымирании коренного населения России (причем сделали это за три года до того, как о демографическом кризисе заговорили с самых высоких трибун). Кроме того, одними из первых обратили внимание на бедственное положение государствообразующего народа и попытались разобраться в причинах такой ситуации. Призвали власть в лице ее чиновников озаботиться нынешним состоянием крестьян и медиков, заняться строительством дорог и реорганизацией промышленного производства...
Мы не просто подняли все эти проблемы, но и получили вполне конкретные ответы в виде приоритетных национальных проектов. Поэтому я могу сказать, что «Русский вопрос» сыграл свою роль. Помимо того он внес посильный вклад в пробуждение самосознания нашего народа. В возрождение его национальной гордости и исконных обычаев.
Казалось бы, чего еще не хватает, чтобы считать свою миссию завершенной? Однако ситуация стала меняться. Кондопога и другие города показали, что русские уже научились выдвигать и формулировать свои требования, научились сплачиваться. То есть постепенно народ созревает, начинает пробуждаться.
Меня не может не тревожить ситуация, сложившаяся на политическом поле России: фактически ни одна партия не представляет сегодня русский народ, не отстаивает его интересов. Здесь возник своеобразный вакуум. И его пытаются заполнить экстремисты, готовые уже в который раз вести нас на баррикады, на войну со всеми и вся. Но такая война неминуемо окончится крахом нашей новообретенной Родины, приведет к развалу страны.
В связи с этим у меня вызывает серьезные опасения начавшаяся предвыборная лихорадка. Уже очень скоро нам придется решить, какие люди отправятся в Госдуму нового созыва, а также предстоит определиться с тем, кто займет кресло Президента. И этот выбор окажется для страны судьбоносным.
Конечно, я понимаю, что на нынешнем историческом этапе «Русский вопрос» в его прежнем виде уже менее интересен. Сейчас не время продолжать разговор о наших обычаях или вдаваться в отдельные особенности национального характера. Гораздо важнее получить другие ответы: будем ли мы, русские, представлены во властной элите, останемся ли единой страной. Поэтому, при всем уважении к мнению оппонента, считаю, что не пришло еще время ставить точку. Пока рано прекращать нашу полемику и нашу борьбу.
Впереди очень трудный год. За это время сама жизнь предоставит немало поводов поговорить и о предстоящих выборах, и о духовных основах дальнейшей жизни, и о том, какой должна быть страна в третьем тысячелетии. А главное — нельзя забывать о необходимости возрождения веры. Потому что только с верой в Бога может подняться Россия. Другого варианта просто нет.
P.S. А.С. Лебедеву. Порой меня потрясает безапелляционность суждений, свойственная некоторым нашим ораторам. И их страстное желание предрекать России гибель, распад, захват. В свое время в русских селах таких людей называли кликушами. Они в случае пожара, наводнения, войны бегали по деревне, наводили панику, бестолково и бессмысленно искали виноватых. Но были и другие, которые сначала разбирались, что происходит, а потом засучивали рукава. И брались за дело. Я себя отношу ко вторым. А вы?
Александр ЛАПИН.
Чтобы оставлять комментарии
Авторизуйтесь
