20-летний разведчик вернулся с войны с новым лицом
Юрий Постников был дважды ранен. Его лицо хирург собирал по частям.
Моему двоюродному брату Юрию Постникову не было и 20 лет, когда он ушел на фронт. Это было в феврале 1942 года. Линия фронта проходила очень близко от нашей Калуги: Юхновский район, Зайцева Гора. Командир роты, где служил Юрий, построил бойцов и попросил выйти добровольцев, которые готовы служить в отряде разведчиков.
Юра первым вышел из строя. Начались учения, подготовка, и вскоре отряд уже ходил в разведку в тыл врага. Трижды разведчики приводили «языка», выполняя сложнейшие задания. 7 ноября 1942 года брат был награжден медалью «За отвагу». Нашей гордости не было предела.
В начале декабря 1942 года разведчикам было дано секретное и очень опасное задание. Под Зайцевой Горой наши рыли подкоп до самого укрепления врага. Необходимо было взять «языка», чтобы узнать, какие фашистские войска здесь стоят и куда будут передвигаться.
Ночью был сильный мороз. Юру и еще двоих разведчиков отправили на это задание. Они прошли тихо, пробрались через колючую проволоку, которой были обмотаны окопы немцев, увидели часового — тот ходил взад-вперед. Как только подошел поближе, Юра прыгнул на него, зажал рот, а двое других разведчиков подхватили фрица. Стали отходить, но немец в какой-то момент смог вывернуться и крикнуть. Поднялась тревога, стрельба. Однако разведчикам все же удалось уйти на свою территорию, за колючую проволоку. И тут Юрия ранило разрывной пулей в колено. Идти он уже не мог. Ребята побежали с «языком», а брат остался лежать в снегу. Немцы искали проход в «колючке», сверкали искры — проволока была под напряжением. Юра держал револьвер у виска, живым решил не сдаваться. Вдруг раздался шум, появились наши разведчики. Один отнял у Юры револьвер, а другой взвалил его себе на спину, изо всех сил побежал. Немцы стреляли вслед, но разведчики благополучно добрались до своих.
Юра долго лежал в госпитале Юхнова, потом его перевели в Калугу. Мы всей семьей ходили его навещать: он был в гипсе по самую грудь. Я бегала к нему почти каждый день, прогуливая школу, помогала, как могла, брату и его раненым соседям по палате. Весь декабрь 1942-го и январь 1943-го Юра был в Калуге. Затем его отправили в г. Касимов, в военное училище, работавшее по ускоренной программе. Оттуда он вышел младшим лейтенантом. Потом дослужился до старшего лейтенанта, дошел с боями до Венгрии. Весной, в марте 1945 года, был тяжело ранен снайпером, опять разрывной пулей в нижнюю челюсть. Но, даже будучи раненым, он смог уничтожить снайпера. До госпиталя ему пришлось добираться самому, рот был полон крови. Кроме того, после форсирования реки брат простыл: нос заложило, дышать было тяжело. Теряя сознание, Юра пальцем проткнул во рту кровавую пленку — кровь хлынула с новой силой, но он дополз до полевого госпиталя.
В 23 года все его лицо и шея были изуродованы. Молодой хирург долго возился с ним, четыре раза «переделывал» лицо: сшил язык, губы, поставил на место нос, на щеке и шее сделал пластические накладки. О нем писали во фронтовых газетах и боевых листках.
Брат вернулся домой в декабре 1946 года. Имел боевые награды: ордена и медали. Но особенно гордился той первой медалью «За отвагу», которую получил 7 ноября 1942 года.
С уважением, Эвелина Рачинская.
Моему двоюродному брату Юрию Постникову не было и 20 лет, когда он ушел на фронт. Это было в феврале 1942 года. Линия фронта проходила очень близко от нашей Калуги: Юхновский район, Зайцева Гора. Командир роты, где служил Юрий, построил бойцов и попросил выйти добровольцев, которые готовы служить в отряде разведчиков.
Юра первым вышел из строя. Начались учения, подготовка, и вскоре отряд уже ходил в разведку в тыл врага. Трижды разведчики приводили «языка», выполняя сложнейшие задания. 7 ноября 1942 года брат был награжден медалью «За отвагу». Нашей гордости не было предела.
В начале декабря 1942 года разведчикам было дано секретное и очень опасное задание. Под Зайцевой Горой наши рыли подкоп до самого укрепления врага. Необходимо было взять «языка», чтобы узнать, какие фашистские войска здесь стоят и куда будут передвигаться.
Ночью был сильный мороз. Юру и еще двоих разведчиков отправили на это задание. Они прошли тихо, пробрались через колючую проволоку, которой были обмотаны окопы немцев, увидели часового — тот ходил взад-вперед. Как только подошел поближе, Юра прыгнул на него, зажал рот, а двое других разведчиков подхватили фрица. Стали отходить, но немец в какой-то момент смог вывернуться и крикнуть. Поднялась тревога, стрельба. Однако разведчикам все же удалось уйти на свою территорию, за колючую проволоку. И тут Юрия ранило разрывной пулей в колено. Идти он уже не мог. Ребята побежали с «языком», а брат остался лежать в снегу. Немцы искали проход в «колючке», сверкали искры — проволока была под напряжением. Юра держал револьвер у виска, живым решил не сдаваться. Вдруг раздался шум, появились наши разведчики. Один отнял у Юры револьвер, а другой взвалил его себе на спину, изо всех сил побежал. Немцы стреляли вслед, но разведчики благополучно добрались до своих.
Юра долго лежал в госпитале Юхнова, потом его перевели в Калугу. Мы всей семьей ходили его навещать: он был в гипсе по самую грудь. Я бегала к нему почти каждый день, прогуливая школу, помогала, как могла, брату и его раненым соседям по палате. Весь декабрь 1942-го и январь 1943-го Юра был в Калуге. Затем его отправили в г. Касимов, в военное училище, работавшее по ускоренной программе. Оттуда он вышел младшим лейтенантом. Потом дослужился до старшего лейтенанта, дошел с боями до Венгрии. Весной, в марте 1945 года, был тяжело ранен снайпером, опять разрывной пулей в нижнюю челюсть. Но, даже будучи раненым, он смог уничтожить снайпера. До госпиталя ему пришлось добираться самому, рот был полон крови. Кроме того, после форсирования реки брат простыл: нос заложило, дышать было тяжело. Теряя сознание, Юра пальцем проткнул во рту кровавую пленку — кровь хлынула с новой силой, но он дополз до полевого госпиталя.
В 23 года все его лицо и шея были изуродованы. Молодой хирург долго возился с ним, четыре раза «переделывал» лицо: сшил язык, губы, поставил на место нос, на щеке и шее сделал пластические накладки. О нем писали во фронтовых газетах и боевых листках.
Брат вернулся домой в декабре 1946 года. Имел боевые награды: ордена и медали. Но особенно гордился той первой медалью «За отвагу», которую получил 7 ноября 1942 года.
С уважением, Эвелина Рачинская.
Чтобы оставлять комментарии
Авторизуйтесь
