Фотограф Евгений Фридгельм рассказал о самой фотогеничной части Калуги

Как Настя гуляла в ненастье.

В Инновационном культурном центре проходит выставка работ фотохудожника Евгения Фридгельма «Голос за кадром». Она продлится до 7 февраля. Выставка посвящена предстоящему 650-летию Калуги. Мы встретились с художником, чтобы поговорить о его творчестве.

Евгений Фридгельм.

- Евгений Игоревич, что значит для вас Калуга? Какие места в городе у вас любимые?

- Это мой родной город, с которым связана история моей семьи. Прадед мой - немец, приехал в Калугу из Лейпцига и обосновался здесь, женился. Все его пятеро детей родились в Калуге.

Полуночник.

Мое детство с первого по десятый класс прошло на улице Баумана, возле Георгиевского храма. Очень люблю старый город, все, что вокруг Березуйского оврага, от Смоленки до Воскресенской. Люблю зайти в городской парк, посидеть на лавочке в Золотой аллее - здесь меньше суеты, какая-то особенная душевная атмосфера. Меня это заряжает. И, конечно, эта часть города очень фотографична.

Знамение.

Еще одно из моих любимых мест – Яченка. Там есть перешеек: справа заболоченная речка, слева – водохранилище. Это очень атмосферное место, где бывают красивые закаты с чудным свечением, особенно осенью. Я частенько туда хожу.

Россия для грустных

- В ваших работах я вижу радость, восторг, удивление, спокойную улыбку. Но редкий человек живет без печалей. Вы считаете нужным как-то показать и «темную сторону»?

- Конечно, у меня есть и «минорные» работы. Вот, например – зима, вьюга, по улице идет одинокая женщина. Непогода - не очень радостная тема. На своей странице в Фейсбуке я недавно опубликовал фото под названием «Россия для грустных». Эту фразу кто-то написал в арке на улице Ленина, которая выходит на Гостиные ряды.  Я очень долго стоял там и ждал подходящего человека, чтобы сделать фото. И он появился. Парень в капюшоне шел сгорбившись, заложив руки за спину. Кто-то скажет, что это декадентская работа, а кто-то увидит здесь некую романтику, «свет в конце тоннеля».

Тройка треф.

- Как вам удается поймать такой момент, чтобы не просто сделать снимок, а рассказать историю?

- Фотограф, как шахматист, должен уметь думать на шаг вперед, ведь некоторые вещи вполне можно спрогнозировать. Например, подождать человека в привлекшем внимание антураже, который без персонажа не «играет». Но многие сцены предвидеть нельзя. Вот фото, где идут три девушки в черном. Сначала я заснял здесь же старушку, которая живет в Ромоданово и часто ходит в город через мост. Я подумал: «Отлично, кадр уже есть», - и чуть задержался, фотографируя реку. Тут показались три девчонки. Интересно, куда они направлялись летним днем, нарядившись в черные платья, куда шли так бодро, в ногу? Фото получилось даже лучше, чем я ожидал.

Золотая пора Золотой аллеи

Если сравнивать с рыбаками, я ловлю не на удочку, а закидываю сеть. Нажимаю на спуск и снимаю серию, потом из множества кадров выбираю самый удачный. Вот фото, где мама с дочкой идут по Золотой аллее. Было снято около 50 кадров, но этот мне показался наиболее динамичным: видно, что девочка скачет вприпрыжку. Но бывает и так, что серия не получается и все ограничивается одним кадром.

- Успех художника складывается из многих вещей – талант видеть то, чего не замечают другие, удача, профессиональные навыки. Что для вас на первом месте?

- Только все в совокупности. Вот, например, фото, сделанное в парке: парень смотрит на проходящую мимо девушку, а рядом сидит его подруга, положив голову ему на плечо. Этого не придумаешь, можно только подсмотреть, если повезет. Чтобы выбрать ракурс, успеть навести выдержку и диафрагму резкости, нужны опыт и профессиональная оперативность. Когда это все совпадает, может получиться хороший кадр.

Весна на Георгиевской улице.

- Как вы относитесь к ретуши в фотографии?

- Я считаю, что просто необходимо убирать лишние детали, если они мешают восприятию и идут вразрез с замыслом. Такие детали убивают снимок, это брак. Я с детства помню, как преподаватель художественной школы учил нас рисовать деревья: «Ощущайте дерево целиком, в объеме». И мне близок именно этот подход: детали неважны, важна суть – атмосферная, сюжетная, чувственная.

А вот на этом снимке, где Георгиевский собор, провода совершенно не мешают, они «рифмуются» с облаками.

Акватория зимы.

- Для кого работает художник – для зрителя или для самого себя?

- Каждый зритель идет к своему восприятию всю жизнь. Что он увидит, на что обратит внимание, зависит от его личного жизненного опыта. Если он задержался у какой-то фотографии, значит, некую ассоциативную струну в его душе она затронула.

Разлетались…

Художнику очень важно иметь своего зрителя. Но нельзя делать фотографию с мыслью: «Вот, сейчас я всех поражу». Есть такая притча у Николая Рериха. Жил пастушок в деревне. Он выводил стадо на пастбище, садился и играл на свирели, да так, что вся деревня заслушивалась. Его хвалили, а он начал стараться играть получше, грубо говоря – «погнал попсу». И так надоел жителям деревни, что они его прогнали. Поэтому художник, в первую очередь, должен творить для себя. Но, в то же время, у него должен быть внутренний цензор. Надо научиться смотреть на свою работу взглядом зрителя, чтобы он понял, ради чего ты поднял камеру, что тебя привлекло. Я самый строгий цензор для себя. Показываю снимок только после того, как сам его оценил.

Прогулка в XVIII век.

- Как вы относитесь к постановочным снимкам? Есть ли они у вас?

- Постановку я не снимаю, но могу попросить попозировать. На этом снимке, например, мальчик идет под каменным мостом. Это мой внук, я попросил его здесь встать. И тогда просто красивое фото приобрело особый смысл: связь времен, новое поколение под арками XVII века. Не знаю, можно ли назвать это постановкой? Но все равно я предпочитаю живую сцену с живым сюжетом, потому что это самое интересное – сделать фоторассказ, чтобы можно было остановиться и поразмышлять – что это за человек, в каких он обстоятельствах.

Очарованная снегопадом.

- Бывают ли такие дни, когда вы смотрите в окно и понимаете, что надо идти снимать?

- Конечно. Главные козыри фотографов козыри: закат, туман, ливень или сильный снегопад, когда что не сними - гарантированно будут хорошие кадры. В прошлом году зимой, под новый год, я сфотографировал на мосту через Яченку велосипедистку – она стояла, зачарованная снегопадом. Или вот эта работа - обрушение снега в парке. Это не снегопад, а с деревьев падают большие комья снега. Всю ночь шел снег, утром я выглянул в окно, увидел сугробы на каждой ветке и побежал туда, где деревьев побольше – в городской парк. Получилась целая серия атмосферных фото.

Мело всю ночь…

Очень важно уметь поймать момент, ведь освещение меняется очень быстро. У меня был случай. Я гулял в Березуйском овраге, и увидел, что луч солнца пробился сквозь кроны деревьев и осветил один-единственный цветок на темной траве. Но – пока достал камеру, пока навел – все, свет ушел.

Есть всего неделя в году, когда в Березуйском овраге очень необычный свет. Солнце идет очень низко над Правобережьем, свет его проходит сквозь арки Каменного моста, а сам мост отбрасывает длинную тень. Только в конце марта – начале апреля можно это увидеть и снять.

Осенний этюд.

- Может ли случиться так, что о Калуге вам больше нечего будет сказать?

- Если снимать достопримечательности, «открыточные виды», то этот момент наступает быстро. Есть миллионы снимков вида из парка на мост или вида с моста на город. Они могут различаться временами года и освещенностью, но в принципе все они одинаковы. А если стараться увидеть в этих исторических декорациях какие-то сюжеты, то они каждый раз будут разные. Почему я увлекся уличной фотографией? Потому что на одном и том же месте, если повезет, можно снять множество историй.