Премьера в Калуге: как 40-летнего актёра превратили в 17-летнего подростка

Калужский драматический ордена Трудового Красного Знамени, ранее не стеснявшийся родства с товарищем Луначарским, стал пионером среди российских театров, поставив пьесу Карена Шахназарова «Курьер».

Откопали

За повесть «Курьер» Карен Шахназаров был удостоен премии им. Бориса Полевого. Сам потом в 1986-м снял фильм по сценарию, который написал совместно с А. Бородянским. Картина, что называется, прогремела, наделала много шума. И на этом как-то всё закончилось. Ни один театр не заинтересовался весьма поучительной пьесой. И молодые актёры, ярко сыгравшие в ней, утонули в послеперестроечном омуте.

Однако спустя 33 года молодой, но дерзкий столичный режиссёр (круглый отличник, где бы ни учился, а учился много где) Виктор Стрельченко взял и по-своему инсценировал «Курьера» (поставил спектакль как воспоминания убелённого сединами старика о своей юности). И не где-нибудь в Москве. В Калуге!

Недоразумение

На премьерных спектаклях 26 и 27 октября автора повести не было. И не потому, что Карен Шахназаров не захотел посмотреть на своё детище глазами Стрельченко. Просто мэтра постеснялись, побоялись потревожить. Мол, он очень важный человек, чрезвычайно занятой: востребованный режиссёр, директор «Мосфильма», общественный деятель, публичная личность… Откажет. Не приедет. А он, как выяснилось, не отказал бы. Узнал о постановке от одного из калужских журналистов. Удивился. Обрадовался. И выразил надежду, что всё-таки как-нибудь позовут его в Калугу калужские театралы! Он-де с удовольствием! Поскольку очень любопытно же, как поставили, как играют, как воспринимают эту весёлую и одновременно печальную придуманную им (или непридуманную) историю.

Реакция

Публика спектакль приняла. Зал аплодировал стоя. Долго. Актёры выходили на поклоны три раза. И в первый день. И во второй. Во второй играли лучше. Увереннее.

Сюжет (Для тех, кто не смот­рел фильм с одноимённым названием.)

Неординарный мечтательный юноша — выпускник средней школы,— наделённый чувством юмора на грани сарказма и своеобразным мышлением, проваливший экзамены в университет, убивает время перед призывом в армию в должности курьера редакции научно-популярного журнала, куда его пристроила мать — учительница истории. Знакомится с ровесницей — дочерью профессора, этакой няшей, примитивно мыслящей (но тоже не без тараканов в голове) студенткой-первокурсницей МГУ. Возникают чувства. Между тем молодой человек ни с кем не находит общего языка: ни со взрослыми-лицемерами, ни с ровесниками-мажорами. Троллит и тех, и других. А по ночам ему снятся странные сны. Про таких говорят: сам себе на уме.

О чём спектакль?

Фильм когда-то восприняли как сатиру на советский строй. Тогда возникает вопрос: зачем молодому режиссёру ставить это сегодня? Значит, видимо, повесть всё-таки не об этом. А о чём же? О трудностях взросления? О человеческих отношениях, которые должны быть лишены фальши? О том, что промчится молодость, прокатит зрелость, накроет старость и ты рано или поздно задумаешься, правильно ли жил, отвечал ли за свои поступки… То есть о неизбежности расплаты, как ни крути. О скоротечности жизни на этой планете. И о финале. Как говорят французы: C’est La Vie. Однако так увиделось мне.

Лицедеи

Подбор актёров замечательный. Ни к кому нет ни претензий, ни вопросов. Каждый — в своей тарелке. Пожалуй, только Дмитрий Казанцев, играющий сума­сшедшего писателя-фантаста, рассказы которого не хотят печатать, очень напомнил Раскольникова из спектакля «Убивец», который я посмотрел накануне там же, в драмтеатре, на сцене под крышей. Раскольникова играл Казанцев.

Что касается главного героя, то музыкант-актёр или актёр-музыкант (можно и так, и так) сорокалетний Григорий Бирюлин без напряга, весьма убедительно воплощает 17-летнего раздолбая, мечтателя, лжеца, девственника, вечно находящегося в состоянии переходного периода. И как! Верю! 5 баллов с плюсом!

Великолепно играет его мать Светлана Никифорова. Она как бы отстранена от того, что происходит на сцене, как бы не вписывается в эту псевдореальность. И это замечательно! Очень тонко. И очень важно. А ещё заядлым театралам будет любопытно увидеть на сцене старейшую актрису театра Розу Якимову. Это того стоит!

Сценография

А-ля 70-е. Всё блестит и светится.

Музыка

Очень точно подобрана. Со вкусом. Большая часть общего успеха.

Гвоздь

Безусловно, Ярослав Орляченко в роли певца Вадима Казаченко. Точнейшее попадание. Жутко смешно! А зал — так просто писал кипятком! Актёру вполне можно с этим номером выступать отдельно. На хлеб с маслом заработает точно. Успех гарантирован при любых раскладах: кто поумней — поймёт, что тонкая пародия, остальные подумают, что это настоящий, искупавшийся в молоке, помолодевший Казаченко.

Отзывы иных

Первое действие заканчивается странным сном главного героя: ему снятся орущие в клетках коты.

— Мяу-мяу-мяу, — весело подбежали в антракте к учительнице (такие же, видимо, неординарные, как и герои спектакля) девушки и юноши — старшеклассники. — Вера Сергеевна, вы куда нас привели? Чё за фигня? Мы ничего не понимаем!

Учительница, смущённо улыбаясь, попыталась лаконично адаптировать происходящее на сцене для их, видимо, совершенно иного — техногенного — мировосприятия.

Мнения взрослых зрителей разнились кардинально. Кто-то открыто восхищался. Иные неопределённо пожимал плечами. Были те, кто недвусмысленно морщил носики. Самые продвинутые убедительно констатировали, что «это», все-таки гораздо лучше «того»!

Я не понял, кого — того, но на всякий случай согласился.

Для кого?

Это немаловажный вопрос. Микрофоны и наушники, как у артистов мюзиклов, говорят о том, что спектакль рассчитан на непредсказуемые площадки и большие аудитории. Значит, на молодёжь. А для кого ещё может ставить молодой режиссёр? Однако, как мне видится и слышится, да и в тему реакция самой молодёжи — мимо. А старшее поколение такое современное техническое оформление, мягко говоря, напрягает и раздражает. Оригинально, конечно. Но совершенно излишне в стенах классического театра с прекрасной акустикой. Однако это в провинции. А что скажут столичные жители?

Ну и ещё чуть-чуть личного

По мне — так (а по первому образованию я педагог): пьеса актуальная и универсальная. Ибо подростковые проблемы во все времена одинаковы. А лицемерие, двуличие, глупость, фальшь, пустословие свойственны любому обществу и социальному строю. А ныне эти категории прямо-таки расцвели и обрели новые, ещё более выразительно-циничные свойства, нежели при так называемом социализме. Не знаю, как вам, а лично мне спектакль доставил немало ностальгического удовольствия. А кто ещё не посмотрел — скорее идите! Смотрите! И делайте выводы сами.

 

Ярослав Орляченко в роли Вадима Казаченко.

Фото: Михаил Борисов.