«Папка вернулся с войны»
Калужане продолжают вспоминать, что пережило мирное население во время Великой Отечественной, и как она сказалась на их жизни.
— 9 Мая я подхожу к площади Победы. Ко мне подбегают дети, дарят цветы. Моя седина, медали их впечатляют. Часто спрашивают: «А вы воевали? А немцев убивали?» Я отвечаю: «Двух немцев убил. Они померли от голода по дороге в Перемышль!» — смеётся Владимир КУЗНЕЦОВ, майор, ветеран УМВД, писатель.
Когда началась война, Владимиру Родионовичу было всего 5 лет. Постоянный голод и холод, страх за жизнь отца на фронте...
— Папка был небольшого роста, смуглый. Одним словом — цыган, — рассказывает Кузнецов. Оптимизм, любовь к байкам и штукам достались писателю от отца. Поклонники отмечают, что во всех книгах Кузнецова — будь они о войне или о творчестве Есенина — всегда много юмора.
11 детей на печке
— Отец был, конечно, коммунистом. Работал в тюремной системе. Наша квартира находилась недалеко от СИЗО. Когда его забрали на фронт, приятели папы достали для моей матери лошадь, и мы поехали к бабушке в деревню Зимницы, в 30 км от Калуги. Мне — 5 лет, сестре — 3. Мать беременна младшим братом. А всего у бабки на печке собралось 11 детей, я самый старший.
Калуга уже оккупирована. Помню, мы, немытые, голодные, смотрим, как в чугунном котелке варится картошка. Вода уже кипит. И вдруг с горохом открывается дверь. Входят два немца с автоматами, в касках, за плечами — ранцы. И сразу к бабке: «Матка, яйки, млеко!» Она глаза вылупила. Никогда немцем не видела. А мы на них вообще не смотрим, глаз от котелка с картошкой отвести не можем. Немцы опять: «Бабка, яйки, млеко!» Она показала рукой на печку. Они глянули, а там 22 детских глаза. Поняли, что тут ничего не возьмёшь, стали выворачивать свои ранцы и высыпать на стол всё, что наворовали: какие-то цепочки, часы, кулоны, да и ещё много чего. Кричат: «Мена, мена!» Она опять на нас рукой. Они плюнули и ушли. Это было моё первое и последнее свидание с немцами.
Сердце подсказало
— Потом за нами приехала сестра моей матери и увезла в Калининскую область. Там мы и ждали возвращения отца. Школа деревянная. Я отучился 3 класса. Зима. Вдруг как-то мимо школы на лыжах проезжает военный — офицер в английской шинели. А у нас даже и не знали, что такое лыжи, что такое удочка. Все подбежали к окну. Я ребятам говорю: «Это мой папка вернулся с войны». Меня потом спрашивали: «А как ты узнал?» Сердце детское подсказало, почувствовало. 10 лет мне было. Я по этой лыжне бежал. Вижу, она тянется через замёрзшую речку прямо к нашему дому. Вхожу. Отец сидит. Я закричал: «Папка!» Он меня обнял, сказал: «Ну, жук!» Отец привёз мне гармошку-хромку, она такая красивая… Если бы он не вернулся — кто я, что я был бы? Безграмотная мать, глухая деревня. А он привёз нас в Калугу.
Наша квартира, конечно, уже занята. Жили у знакомых, спали на нарах. Потом отец купил полдома, и мы переселились.
В Калуге было голодно. С пацанами часами стоял в очередях за мукой, за хлебом. Очереди огромные. Бывало, между людьми пролезали, также и в кинотеатр пробирались, чтобы контролёр не видел. Были мы шустрые ребята.
Год в обороне
— Как отец выжил на фронте, уму непостижимо. Его дважды ранило. Он командир орудия, орудие должна везти лошадь. Рассказывал, как во время боя одну упряжку упустили к врагам, их снаряд попал в лафет. Всех — и лошадь, и людей — разнесло. Отец почти прорвался через это поле, но перед ним упал снаряд. Лошадь убило, его засыпало. Разведчики стали территорию обследовать, услышали его стоны… У отца две медали «За отвагу». Дошёл до Прибалтики с 16-м Белорусским фронтом.
Во время войны у него был интересный эпизод. Их часть почти год стояла в обороне под Сухиничами. Как-то убили лошадь. Немцы ползут отрезать кусок от неё, и наши ползут отрезать кусок. Никто не стрелял. Все были голодными.
В Сухиничах действовала церковь. Поп, попадья, дочь на выданье. Отец с девушкой познакомился, она в него и влюбилась. И родители стали его продуктами задабривать. Возили к расчёту, где стояли пушки. И так поп с попадьёй спасли от голода весь расчёт…
Я закончил школу в Калуге. Пошёл в армию. Служил в Венгрии. А там как раз Венгерское восстание (вооружённое восстание против просоветского режима в октябре–ноябре 1956 года, подавленное советскими войсками. — Прим. автора). Отслужил, закончил институт, отработал 30 лет в милиции, выпустил 22 книги, последняя — «Женщины Сергея Есенина». Отец умер, когда ему было 70 лет, мама прожила до 90… Я воспитал сына, он был актёром драмтеатра, писателем. Внучка вышла замуж за француза, во Франции растут мои правнуки Ева и Назар. Жизнь интересно прошла, да она и сейчас продолжается.
