Светская инквизиция
2 марта Ставропольский суд приступил к рассмотрению уголовного дела в отношении Виктора Краснова, которого обвиняют в оскорблении религиозных чувств верующих. С заявлением в прокуратуру обратились участники дискуссии в паблике во «ВКонтакте», возмущенные его высказываниями о христианстве. В частности, в ходе спора Краснов написал, что «боха нет», а «Библия — список еврейских сказок». За эти слова он провел месяц в психиатрической больнице вместе с убийцами и насильниками, проходя экспертизу на вменяемость. После того как у врачей не осталось сомнений в ментальном здоровье Краснова, ему были предъявлены обвинения. «Лента.ру» разбиралась в истории атеиста, который попал на скамью подсудимых за свои убеждения.
Пострадал за убеждения
О том, что в отношении него возбуждено уголовное дело, Виктор Краснов узнал в апреле прошлого года. Причиной стали его комментарии в группе «Подслушано в Ставрополе». Анонимный пользователь в посте делился наставлениями своей матери, касающимися того, кто должен быть главой семьи. Один из комментаторов привел цитату из Нового Завета, где говорится, что «всякому мужу глава Христос, жене глава — муж, а Христу глава— Бог». Краснов, будучи убежденным атеистом, вступил в дискуссию, в ходе которой подверг сомнению существование бога. Спустя две недели Краснов оставил несколько комментариев, в которых высмеивал излишне серьезное и даже агрессивное отношение православных к празднованию Хеллоуина. После словесной перепалки его визави решили, что на этот раз Краснову придется ответить за сказанное, и обратились в правоохранительные органы. В заявлении двое молодых людей написали, что высказывания Краснова принесли им моральный вред и оскорбили религиозные чувства.
Полицейские приняли заявление, а затем обратились в администрацию «ВКонтакте», чтобы вычислить острослова по IP. В ходе обысков у Краснова изъяли системный блок, модем и мобильный телефон, которые впоследствии использовались как вещественные доказательства. Его самого отправили на комплексную судебно-психиатрическую экспертизу в психиатрическую клинику, а реплики из соцсети передали на лингвистическую экспертизу.
«В этом отделении лежали уголовники, психопаты, сексуальные маньяки и один людоед, — вспоминает Краснов свое пребывание в клинике. — Среди них мне пришлось провести 30 дней. Никаких препаратов мне, понятно, не давали. Наблюдения тоже особого не было. Уже в конце срока пребывания, на третьей неделе, со мной полчаса побеседовала психолог. И еще перед самым выходом 20 минут со мной пообщался врач. Все!».
По словам Краснова, все это время он проводил за чтением книг и время от времени радовал себя пивом, за которым посылал санитаров. «Такое ощущение, что меня туда засунули, чтобы я не начал поднимать волну в свою защиту, — говорит он. — Просто убрали с глаз долой, и все».
Спустя месяц выяснилось, что Краснов полностью вменяем. Что же касается его высказываний, то, по мнению экспертов, они хоть и не унижают человеческого достоинства, но оскорбляют религиозные чувства православных. Это и послужило основанием возбудить в отношении него уголовное дело. При этом потерпевшие на заседание не явились. Незадолго до этого они написали отказ от участия в судебном процессе. Их доставили в суд принудительно, но они повторно написали, что не хотят участвовать в процессе, никак не пояснив свои действия. Официальные представители РПЦ предпочли воздержаться от оценки резонансного дела как на уровне местной епархии, так и на уровне Московской патриархии. Свое одобрение происходящему высказали лишь отдельные православные активисты, которые, как всегда, пришли к зданию суда с плакатами и крестами.
Такие дела
Краснов не первый, кто оказался на скамье подсудимых по обвинению в оскорблении чувств верующих. Так, в конце прошлого года в Кировской области возбудили дело в отношении двух мужчин, которые повесили чучело на православный крест. В августе того же года внимание правоохранителей привлек житель Архангельска, писавший крамольные твиты. Еще одно дело возбудили в отношении жителя Нягани, который нецензурно ругался в храме. Максимальное наказание, которое грозит правонарушителям по данной статье, — год лишения свободы.
«После того как в 2013 году в Уголовном кодексе появилась эта статья, дело Краснова — это фактически прецедент, — поясняет адвокат обвиняемого Андрей Сабинин. — Если раньше мы говорили о том, что будьте аккуратны в интернете, потому что вы можете быть привлечены за экстремизм, то теперь получается, что можно привлечь еще и за убеждения, в том числе религиозного или атеистического толка».
Сабинин напоминает, что в 1991 году, в России была издана Декларация прав и свобод человека. Там написано, что каждый человек вправе сообщать как о своих религиозных убеждениях, так и отстаивать свои атеистические воззрения. Однако, как в случае с Красновым, представители государства почему-то решительно встали на сторону верующих, при том что их комментарии в отношении атеизма и атеистов были весьма и весьма резкими.
«Потерпевшие, выражая мнение определенного круга лиц, решили, что они оскорбились и человек должен быть наказан за это, — говорит юрист. — Но фактически это дело против Краснова ведет государство. Потому что это уже не гражданский иск православного к атеисту, а уголовное дело публичного обвинения. В суд с ним вышла прокуратура. Здесь государство — против человека, который высказался в атеистическом ключе».
Что касается самих высказываний, то, по мнению Сабинина, это свойство человека, говорить о чем-то с экспрессией. «Для комментариев и форумов обсценная лексика — совершенно обычное явление, — считает адвокат. — Любая дискуссия превращается в разбор полетов: то же самое здесь. В какой бы форме ни высказывались эти мнения в данном случае, судить за это нельзя. Вообще статья эта — самая что ни на есть инквизиционная норма. Если мы позволим ей остаться, тогда в очень скором времени можно будет готовить дрова и зажигать костры».
То, что происходит сегодня на суде по делу Виктора Краснова, просто не укладывается в головах доброй половины россиян. Должно быть, похожие чувства испытывали православные, когда на заре советского государства воинствующие безбожники закрывали храмы под лозунгом: «Религия — опиум для народа!». Не стоит забывать, что значительная часть ныне живущих граждан России родилась еще в СССР, когда в основном законе страны, то есть в Конституции, было записано право на атеизм и антирелигиозную пропаганду. С самого детства дома, в детском саду, в школе, а затем и в вузе советскому человеку объясняли, что бога нет и не стоит в этом сомневаться. Об этом рассказывали воспитатели, учителя, ученые и даже космонавты, которые имели личные наблюдения об устройстве неба над головой. Об этом же было написано в школьном учебнике «Обществоведения». Чтобы закончить вуз и получить диплом о высшем образовании, нужно было сдать экзамены по истмату, диамату и научному атеизму. Так что стать врачом, педагогом, инженером или журналистом можно было только, в буквальном смысле, заявив ответственной комиссии, что бога нет, а есть мракобесие и тот самый опиум для народа.
Атеизм в СССР был государственной идеологией, а права граждан быть атеистами и вести антирелигиозную пропаганду были закреплены еще в Конституции РСФСР 1918 года. Сделать успешную карьеру, будучи верующим и не будучи членом КПСС, было крайне проблематично. Ну а те, кто заявлял о своей религиозности и пытался вести соответствующую пропаганду, легко могли оказаться в психиатрической лечебнице, и не на месяц. Несколько поколений сегодняшних россиян выросли с пониманием того, что фраза «Бога нет» не более оскорбительна, чем заявление: «Я не верю в Деда Мороза».
Безусловно, права верующих должны быть защищены законом, но тем же законом должны быть защищены и права неверующих, которых у нас тоже достаточно. И именно об этом сказано в 28-й статье действующей Конституции РФ: «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними». Почему же Краснову было отказано в конституционном праве иметь и распространять свое атеистическое убеждение — «Бога нет». В этом контексте процесс в Ставрополе выглядит как некая судебная казуистика и очень нехороший прецедент.
Религиозные «эрогенные зоны»
Тот факт, что представители духовенства дистанцировались от этого дела, говорит о том, что даже в Русской православной церкви нет единого мнения по поводу того, где проходит грань между оскорблением чувств верующих и правом атеистов отстаивать свои убеждения. Однако, по мнению протодиакона Андрея Кураева, критические высказывания нельзя запрещать.
«Надо разрешать людям критику религии, — говорит Кураев. — Причем как религиозным людям, так и атеистам. Это совершенно нормальная ситуация. Христианство пришло в мир как крайне полемическая религия. Само то, что наше священное писание называется Новый Завет — это тоже было своеобразным оскорблением по отношению к некоему писанию, которое объявлялось Ветхим. Естественно, что ни один иудей не согласится с таким названием священной для него книги. Не христианам здесь говорить "Чужую веру нельзя критиковать!". Сколько христианских мучеников были убиты именно за крайне жесткие слова и действия в адрес языческой веры».
Кроме того, в случае защиты религиозных чувств судья становится заложником истца. «Эти религиозные "эрогенные зоны" у каждого в своей области расположены. И от глубины веры это не зависит, — убежден Андрей Кураев. — Для кого-то оскорблением может показаться критика церковного забора. А кого-то и критика Евангелия не заденет. Я считаю, что такая эфемерная вещь, как чувства, должна быть из законодательства просто убрана. Деяния, призывы к погромам, насилию, убийствам — вот это действительно должно преследоваться».
Слова «бога нет» не могут становиться поводом для уголовной ответственности, и претензии правоохранительных органов должны касаться формы, в которой обвиняемый выражал свое мнение, считает Кураев. «Несомненно, тут есть грань, но из-за истеричности нашего "антиболотного" законодательства она перейдена на сторону запретительства, — считает он. — Боятся любой тени, любого собрания людей, любой общественной активности и полемики. Сами себя загнали в тупик. Эту крайность надо осознать. Вот такие идиотские судилища, как в Ставрополе, этому помогают».
Источник: Лента.ру
Фото: личная страница Виктора Краснова во «Вконтакте»
