85-летняя Мая Еременко из Калуги воюет с коммунальщиками и верит в победу
В свои 85 лет Мая Августовна ЕРЁМЕНКО ходит по судам. Говорит, что хочет, чтобы в доме был порядок, и пытается заставить работать свою управляющую компанию.
Нас Мая Августовна сразу предупредила, что её имя пишется без буквы «й»:
- Я родилась в мае, меня Маей и назвали. Почему через «й» должно писаться? Отец был Август, вот я и Августовна!
Претензий к управляющей компании у Маи Августовны накопилось много. Нам она показывает свой двор на ул. Первомайская, 27. В этот дом она переехала 9 лет назад после смерти мужа.
- Территория у нас стоит на кадастровом учёте, - объясняет пенсионерка. - Вот, посмотрите, должны ежедневно убираться - не убирают! Над моим окном – железный козырёк подъезда. Управляющая компания зимой там лёд долбила, и крышу продолбила. Теперь козырёк протекает. Дождь был сейчас, всё залило.
Козырёк подъезда протекает.
- Снег зимой два месяца не чистили, потом пригнали трактор, огромный сугроб нагребли, -продолжает Мая Августовна. - И трактором повредили нам асфальт, на нём борозды появились, зимой дворник станет убирать, лопата за них цепляться будет. А мы асфальт только недавно делали.
И заборчик железный сломал трактор. Хочу, чтобы УК всё за свой счёт нам возместила.
Мая Августовна все нарушения сняла на фото и передала в суд.
Двор дома небольшой, часть его заросла высокой травой, в которой сразу и не заметишь куски старого асфальта и брёвна. Так наступишь - и ногу сломать можно.
- Никто не косит! – возмущается Мая Августовна. – И в траве весь этот мусор не убирают. Я в 2021 году писала жалобу в жилищную инспекцию. А теперь в суд подала.
Половина двора тонет в высокой траве.
А под травой - куски асфальта, ветки, бревна.
Окно в подъезд поставила за свой счёт
Мы с Маей Августовной с трудом выбираемся из зарослей.
- Я просто требую, чтобы порядок был! Вам хочется в грязи жить? Я не хочу! Мне хочется открыть окно, и чтобы я могла дышать, чтобы во дворе красиво было! – говорит Ерёменко. – Вот, раньше компании здесь сидели с пивом. А с балконов окурки кидали. Я камеры поставила – теперь не сидят, и окурки не кидают.
В подъезде за свой счёт сделала новое пластиковое окно, потому что подъезд не проветривался. И десять новых почтовых ящиков повесила. Они были белые, но мне их тут же чёрной краской изрисовали, испортили, пришлось закрасить полностью чёрным.
Мая Августовна - не старшая по дому, просто принципиальная, она даже законодательство тщательно изучила, отметила в нём галочкой все пункты, которые относятся к её ситуации. И требует, чтобы всё было по закону.
В детстве валила лес
Трудности Маю Августовну никогда не пугали. Она столько всего в жизни пережила, говорит, что ей ничего не страшно. Судьба у неё сложная. Можно целый роман написать.
- Родилась я в эстонском городе Тарту в 1937 году, - рассказывает Мая Августовна. - Маму не знаю даже как зовут. А папа - Август СКОК - был начальником полиции.
Родителей репрессировали, расстреляли. А меня, 4-летнего ребенка привезли в п. Новый Васюган Томской области, на лесоповал. У меня была 58 статья - пожизненно.
У начальника лесоповала и его жены детей не было, и они меня взяли в семью. А когда мне было 6 лет, у них родился мальчик. Я с ним сидела, пока взрослые на работу ходили. Потом, через два года, - второй мальчик родился. И вот я одного пять лет нянчила, а второго - три года.
На этом фото Мае 11 лет. Этих мальчишек она нянчила, находясь на лесоповале.
- До 11 лет жила в этой семье. Ко мне хорошо относились. Жена начальника лесоповала была учительницей, она нас, детей, там учила. Три класса я закончила и всё.
Потом начальника перевели в другое место. Они уехали, и я стала ходить со взрослыми лес валить. У меня, и ноги разрублены, и в костре я горела, ожоги - по локоть. Ничего, жили и жили.
В поселке в основном ссыльная интеллигенция была. Это не закрытая зона, а лесоповал: бараки, медведи. И когда спать ложишься, крысы по тебе ползают. Зато это научило выживать в тяжелых обстоятельствах.
Здесь Мае 16 лет. В это время она работала на лесоповале.
Из Ленинграда – в Калугу
- 13 лет я отсидела. В 1954-м Хрущёв нас, детей, выпустил. Мне тогда было 17 лет. Мне купили билет на поезд и отправили из Томска до Санкт-Петербурга, тогда – Ленинграда, - С Маей Августовной мы смотрим её старые черно-белые фото. - Приехала туда и некоторое время бомжом была, пока хорошие люди не помогли: нашли, где мне жить и работу.
Я устроилась официанткой в военно-медицинскую академию. Потом ещё там подрабатывала - убирала кабинет зубного врача.
Мая (слева) с подругой во время работы официанткой в военно-медицинской академии.
В Ленинграде на танцах познакомилась с будущим мужем Виктором, он там служил. Мы с ним были практически ровесники, он на год старше меня. И в 1958 году приехали в Калугу, на родину мужа.
Свадьбы у нас не было. Просто расписались, съездили в район, чтобы без очереди. С нуля всё начинали, у нас даже ложек-вилок не было.
Сначала жили с родными мужа в подвале доме возле Дворца пионеров. Его отец с мачехой нас хорошо приняли. Мама мужа умерла рано, он ещё в армию не ходил, она судьёй работала.
А отец его - Петр Михайлович ЕРЁМЕНКО - войну прошёл, работал в милиции. У него даже орден Ленина был за задержание особо опасного преступника в 1955 году.
В 1964 году я родила сына Геннадия. А свёкор через год, в 1965-м, умер.
Когда сыну 7 лет исполнилось, он пошёл в английскую школу. Надо было квартиру менять с доплатой. Нужны были деньги. И я утром шла работать дворником, днём - начальником, а вечером ещё подъезды убирала.
Работала на разных предприятиях. Сама всего достигала. На работе быстро всё схватывала. Год проработала инженером и стала ведущим инженером. Была, и начальником отдела, и снабжением занималась, и работу бухгалтера знаю.
У Маи Августовны есть документ, подтверждающий, что она устроилась на завод инженером, а через год уже была ведущим инженером. Во всех документах её имя пишут неправильно, Мая Августовна принципиально зачёркивает букву "й".
Хорошая семья
- С мужем мы прожили 51 год. Семья у меня очень хорошая. Мы с мужем - Виктором Петровичем - были одно целое. Никогда не ругались. Он мне, и с ребенком помогал, и по дому дела делал, что нужно починить - починит. Работал он метрологом на заводе.
А сын закончил военное училище, служил в армии, он – подполковник запаса. Сейчас тоже метрологом работает.
- В 1999 году я вышла пенсию, у меня 75 лет трудового стажа было, -рассказывает мая августовна. - Но дома не сижу. И на даче бываю, и есть готовлю, и в квартире убираю. Всё делаю быстро, медленно не умею ничего делать. И всё успеваю.
С друзьями встречаюсь, ходим в театр, на концерты. Два года на выборах была председателем избирательного участка. А когда жила на ул. Московской - старшей по дому.
Окончательно реабилитировали жертв политических репрессий только в начале 1990 годов. Мае Августовне выдали такое свидетельство.
Сражается в одиночку
Мая Августовна говорит, что проблемы ЖКХ своего дома и двора пытается решить уже который год. Тратит немало времени, сил и нервов. Делает фото, собирает документы. Сражаться с УК ей приходится в одиночку.
- Никому ничего не надо, даже говорят: «Опять она жалуется!» - вздыхает Мая Августовна. – А некоторые меня больной называют. Пришлось сходить в психбольницу взять справку, что я нормальная.
Теперь решение затянувшегося конфликта остаётся за судом. Но Мая Августовна уверена в своей правоте и надеется на победу. Чем всё закончится, мы расскажем вам, как только будет решение суда.
