Лики женщины
На малой сцене драмтеатра «Под крышей» можно посмотреть прелюбопытнейший моноспектакль Ирины Бургоновой «Ива да Иван».
Признаюсь, я горячий поклонник музыки The Rolling Stones и иже с ними, так что романсами меня увлечь трудно. И, каюсь, не будь личного приглашения Ирины Бургоновой на ее спектакль, я бы его, наверное, не увидел. Но пришел-увидел-не-заметил-как-время-прошло.
Потребность высказаться
Актеру нужно обладать известной смелостью, чтобы решиться на моноспектакль, в котором ты не только единственный исполнитель, но и режиссер себя любимого. А если к этим обстоятельствам прибавить кропотливую работу по подбору поэтических текстов и сведению их в целостную композицию, то сами масштабы этого труда вызывают уважение. А еще в таком деле не обойтись без жгучей потребности высказаться. Ведь в своей, так скажем, повседневной творческой жизни актер выполняет волю режиссера. Не важно, нравится ли это, удобно ли — будь любезен. Хочется чего-то еще — найди силы, время и пускайся в свободное плавание.
В свете последних театральных событий в нашем городе развернулась маленькая такая дискуссийка на тему: разрешено ли художнику высказываться о проблемах от имени противоположного пола? В связи со спектаклем Ирины Бургоновой такого вопроса возникнуть не может. «Ива да Иван» — спектакль о женщине, придуманный и исполненный талантливой женщиной.
И Цветаева, и Окуджава, и «Девушка из Нагасаки»…
Актрисе интересно рассказывать о женщинах разных, постоянно меняя музыкальные и поэтические интонации, да и внешний облик. Вот она предстает перед зрителем стройной блондинкой в роскошном концертном платье на летней эстраде в тенистом парке. А вот она уже разбитная морячка на приморском бульваре где-нибудь в Новороссийске. Или русская баба в телогрейке (нитка жемчуга на шее — не забывайте о лицедействе!) на завалинке деревенской избы. Портрет женщины многолик (как, впрочем, и мужчины — но ведь никого третьего нет), чувства разнообразны, а любовь — вообще понятие сильно растяжимое. И вот зритель вкушает с удовольствием поэзию столь же многоликую и разноплановую. Присутствует, конечно, традиционный романс: например, «Только раз» П. Германа —
Б. Фомина с его высокими отношениями между возлюбленными. А вот сентиментально-жалостная «Нищая» А. Алябьева — П. Беранже, гарантированно исторгающая у слушателя слезы. Есть возможность посочувствовать многодетной крестьянской семье из стихотворения Дмитрия Кедрина «Как мужик обиделся». А там, где начинается нерусское понятие «секс» (русский аналог — страсть), где поэзия переходит к конкретике вроде «у ней такая маленькая грудь» («Девушка из Нагасаки» Веры Инбер) — там место улыбке актрисы. В спектакль также вошли стихи Б. Окуджавы, Л. Рубальской, М. Цветаевой и много кого еще. Вкус к поэзии Ирины Бургоновой — похвальное, но, увы, редкое сегодня явление.
Колесов — Качнов —Даринцев
Ирина Анатольевна — актриса не просто поющая, а поющая много. Весь ее более чем полуторачасовой спектакль выстроен не только талантливо, но и крепко профессионально. Этому способствует не только гитарный аккомпанемент самой исполнительницы, но и музыканты Юрий Качнов (баян), Борис Колесов (клавишные) и Илья Даринцев (скрипка). Особенно радует баянист Качнов — не только виртуозный музыкант, но и одаренный актер. Большое удовольствие — следить за тем калейдоскопом чувств, которые отражаются на его подвижном лице даже тогда, когда Ирина Бургонова читает стихи. Пение актрисы он сопровождает яркой и одновременно тактичной мимикой и пластикой. Не партнер — мечта!
Новая площадка Калужского драматического — сцена «Под крышей» — место уютного, глаза в глаза, общения актера со зрителем. И вот уже маленькая, но все же череда моноспектаклей выстроилась. Даешь соревнование внутри калужской труппы в номинации «Камерный спектакль»! Со своей стороны, обязуюсь посетить их все!
