Владимир Обухов: такие люди никуда не уходят
Искусствоведа, художника, поэта Владимира Михайловича Обухова не стало в апреле 2025 года.
Для калужской культуры это была огромная утрата.
Но, глядя на экран, где сменяются фотографии — вот он молодой, вот за дружеским столом с художниками, вот на свадьбе дочери Ксюши, — понимаешь: такие люди никуда не уходят. Они остаются с нами.
Выставка получилась камерной и трогательной.
На стенах — живопись Владимира Михайловича, в витринах — написанные им искусствоведческие книги и стихи. И в зале будто слышишь его философские размышления и фирменную интонацию: тёплую, дружескую.
Владимир Обухов родился в Удмуртии, но в 1975 году, сразу после окончания МГУ, судьба привела его в Калугу. Здесь он нашёл свою вторую половину и остался навсегда.
Работал в Калужском художественном музее: сначала научным сотрудником, потом директором.
Позже — в галерее «Образ», а с 2001 по 2019 год — в Театре юного зрителя заведующим литературной частью.
Не темные, а напряженные
Коллеги называют Обухова человеком эпохи Возрождения в самом лучшем смысле этого слова.
Искусствовед, написавший книги о Григории Сороке, Илларионе Прянишникове, Василии Перове, художниках калужской земли.
Философ, создавший в 1982 году Академию аналитического искусства (АКАНИС) — объединил художников-контравангардистов и дал теоретическое обоснование нового направления в своих работах.
Поэт, писавший стихи и палиндромы.
И, наконец, художник, хоть и не профессиональный. Его стиль опирался на искусство Античного мира — он называл это попыткой реконструкции «греческой манеры» письма.
— Мы как-то обсуждали, кто у нас в Калуге Рафаэль, Микеланджело, Леонардо да Винчи. Так вот, Леонардо да Винчи был Обухов, — улыбается художник, поэт Вячеслав НЕКРАСОВ. — У него было двойное зрение.
Он видел предмет реальный и одновременно — культурные ассоциации. И их у него было много.
Здесь, на выставке, глядя на его работы из семейного архива, я вижу не просто предметы, а само время, которое можно трогать руками.
Художник Владимир АРЕПЬЕВ тоже обращает внимание на картины Обухова:
— Некоторым они могут показаться тёмными. А я подумал: сидит Владимир Михайлович в тёплую летнюю ночь, пишет, потом выходит в сад.
Тишина необыкновенная, сверчок стрекочет, и при свете слабого фонаря он видит еле заметные предметы.
Фантастика! Где здесь чернота? Здесь сверкает молодость и жизнь! Это не тёмные, это напряжённые картины.
Просто о сложном
Ещё больше, чем картины, люди любили его самого. Обухов умел говорить так, что его речь звучала как маленькое литературное произведение.
На экскурсиях Владимир Михайлович обращался к каждому лично, создавая ощущение абсолютного доверия.
Хранитель графики Марина ЗВЕРЕВА отмечает:
— Он сумел создать в музее особую, тёплую атмосферу.
А его экскурсии... я ходила за ним по пятам и слушала, разинув рот. Когда он ушёл от нас, это было очень больно. Но память о нём жива.
— Он был интеллектуальной глыбой, но при этом всегда поднимал людей до своего уровня, — делится заведующая экспозиционно-выставочным отделом музея Юлия Заложных.
— У него не было снобизма. Он мог объяснить сложные вещи так просто, что ты сам начинал чувствовать себя умнее.
Для дочери Владимира Обухова Ксении выставка стала возможностью сказать самое главное:
— Многие говорят о творчестве отца, его картинах и стихах.
А я скажу о том, что он был замечательным отцом и дедушкой. Часто творческие люди забывают о семье, а папа — никогда.
Для меня с музеем связаны самые тёплые детские воспоминания. Я ходила с ним на все выставки. И запах краски в Доме художника до сих пор вызывает у меня ассоциации с детством.
Гордился дружбой не заочно
Друзья-художники вспоминают Обухова с лёгкой грустью и большой любовью.
Михаил МАНТУЛИН говорит, что Владимир Михайлович смог «соединить несоединимое» и собрать самых разных людей в АКАНИС.
Ольга КУЗЬМИНОВА признаётся, что его энергия до сих пор наполняет залы музея:
— Он умел видеть в каждом зерно, личность. Может быть, поэтому и так быстро ушёл из этого мира, потому что был слишком талантлив? Я верю, что миры соприкасаются, и он слышит нас.
А Владимир Арепьев прочитал забавные страдания, посвящённые другу:
Написал этюд я сгоряча, и хвалил Обухов меня молча.
Не успел я даже написать, как Обухов стал мне разъяснять.
Говорит он очень точно, и гордился я дружбой не заочно.
Авангард я проскочил, как Обухов не хвалил. К реалистам я вернулся, лишь Обухов отвернулся.
Вот Обухов начал писать стихи, а художники — чесать виски.
Хоть кисти Обухов брал редко, но картины вышли метко.
Вот он нас ковал, ковал, а иногда на три буквы слал. (Однажды он всеобщее собрание Союза художников послал и ушёл — что-то ему не понравилось. Представляете! И никто его не выгнал.)
Художник предложил смелую вещь: присвоить Калужскому музею изобразительных искусств имя Владимира Обухова.
— Думаю, в ближайшем будущем не появится в Калуге искусствовед такой силы, — считает Владимир Арепьев. — И его наследие нужно изучать.
Выставка работает до 27 сентября. Здесь можно побродить по залу, посмотреть фильм об Обухове, поразмышлять. Владимиру Михайловичу бы это понравилось. 0+
