Кто такой «барину сапожки» и как он спасал дворян от весеннего потопа

Продолжаем цикл статей об истории Калуги и области.

Напомним, каждую пятницу в 20:00 мы публикуем исторические очерки о нашем городе, известных земляках и их судьбе.

Все исторические публикации можно посмотреть в разделе История Калуги.

5 апреля - Вербное воскресенье. Сегодня мы вам расскажем, что происходило в эти дни в Калужской губернии более 100 лет назад.

О весеннем разливе и подготовке к Пасхе сохранились воспоминания Михаила Михайловича Осоргина.

В Калужской губернии он владел селом Кольцово, которое до революции называлось Сергиевское.

Достойно встретить распутицу

Осоргин писал:

«Но вот, наконец, и 17 марта - Алексей Божий человек, по народной поговорке с гор потоки, и вот-вот начнется настоящее таянье снегов, хотя… я наблюдал и такую позднюю весну, что еще 13 апреля на санях ездили...

Уже давно сапожник из Жарок, получивший прозвание «барину сапожки», осмотрел прошлогоднюю весеннюю непромокаемую обувь, которую починил, кому сшил новую.

И все, начиная с Лизы (жена Михаила Осоргина) и гувернанток, снабжены болотными сапогами (валенки спрятаны до будущей зимы).

Портной Филипп, хромой из Зинова заика, а потом такой же заика по прозванию «кут», так как от заикания к каждому слову он прибавлял «кут, кут», осмотрели сундуки со старьем, выбрали и сшили весенние поддевки мальчикам и такие же девочкам, и все снаряжены, чтобы достойно встретить распутицу.

Теперь цель прогулок - это пускание ручейков по дороге к Оке.

На дворе и кругом дома идет спешное рытье канав и спуск воды от здания. От подъезда настилаются доски до второй клумбы, где наст еще держится долго.

Возвращение с каждой прогулки сопровождается рассказами кто какой ручеек проводил, а Сергушка с настойчивостью… делает ежедневно новые лодочки - пускать по ручейкам.

И дома, когда прогулка кончена, весь интерес у окна - наблюдение за таяньем снега на дворе…

На обратной стороне дома снег еще долго пролежит, и там его придется просто раскидать.

Также наблюдать за тем, как галки начинают вить гнезда»...

Река тронулась

«Вот-вот уже начинают говорить о скором вскрытии Оки, а у нас такая примета: либо неделю не доездят, либо неделю переездят после Благовещенья.

Дедушка из газет сообщает известие о вскрытии рек, Лиза читает детям сообщения Капсородова о прилете птиц.

Река пухнет, синеет и с какой радостью сообщают, что уже окраины отошли, что уж гати переброшены.

Наконец, и они не достают, и от берега до льда перевозит на лодке мадам с сыновьями, сдирая немилосердно с каждого, что ей вздумается.

И, наконец, река тронулась. Это обычно бывает или ночью или поздно вечером, когда наплыв воды от таяния особенно велик...

Бабушка довольно равнодушна к природе, но так она любит внучат, в особенности Мишу, ничуть не скрывая своего предпочтения, что будто и она интересуется весенними новостями...

Цель ежедневных прогулок - это Ока. Разлив занимает всех: сравнивают его с предшествующим и какое счастье,

какой восторг, когда он достигает наивысшего предела, пойдут пароходы.

Они будут причаливать к дубу близ сторожки, плывя напрямик по гладкой поверхности воды, разлившейся по заливному лугу».

Каждый получит вербу и свечку

«Эта пора во всех отношениях радостная, так как большею частью совпадает с приготовлением к Пасхе… Лиза сама любила праздники, а потому умела внести в жизнь детскую сознание важности и радостности.

С самого раннего детства дети отличали эти дни, для них это было событие, оставлявшее впечатление на всю жизнь.

Вследствие этого они приучились к церковности, к ее спасительной и благотворной для души атмосфере.

Еще в Вербную Субботу чувствовалось особенное настроение, и всенощную с вербами, которую по традиции служили всегда в столовой, дети ожидали с нетерпением, готовились к ней, заранее высматривая, где можно нарезать хорошо распустившихся верб...

Помню, какое было особенное настроение во время вербной всенощной…

Духовенство наше - маленький священник и диакон Ратмиров служат истово и благолепно… Они в праздничных ризах, но без кадила.

Кадильный дым не выносил дедушка Волконский, говоря, что пахнет покойником. И моя мать по традиции в дом не допускала ладана, что впоследствии и блюлось всем нашим духовенством, даже когда моя мать скончалась.…

Когда Евангелие прочтено, и священник подходит к вербам для прочтения освятительной молитвы и раздачи их, настроение у детей повышается: каждый заполучит свою вербу и свечку.

И много труда стоит моей жене Лизе, педагогам и няне усмотреть за всеми, чтобы они себя не сожгли...

Я или кто-нибудь из моих родителей для вежливости спрашиваем священника что-нибудь, благодарим за службу,

Мама еще спозаранку отдала ему плату (тогда платили два рубля при первой встрече с ним, говоря, что иначе он их потеряет)…

А в гостиной уже детский визг и хлестание друг друга вербами с пожеланием здоровья.

Миша, пока его наконец не уведут в игральную пить молоко, успеет всех обегать и всякого потрепать вербой, он и в буфете побывал, и в девичьей, на половину стариков забрался и старухе Василисе пожелал здоровья.

В игральной веселье продолжается. Каждый из детей спешит засунуть свою вербу к своим образам, сравнивает качество каждой.

Дома продолжается еще игра со свечкой.

А во время питья молока все строят планы, где и когда посадить вербу, которую для этого поставили в воду в бутылку, чтобы у нас в саду со временем была своя большая верба и не приходилось бы каждый год посылать дворника в Дмитровку, где славилась особенно рано цветущая верба»...