«Гудериан здесь сломал себе шею»: калужане написали трогательную книгу об обороне Тулы
Называется он «Тула — проклятие Гудериана».
И рассказывает о событиях, происходивших в начале Великой Отечественной войны.
Книга вышла в 2025 году.
О чем книга
Осенью 1941 года командующему 2-й танковой армией вермахта генерал-полковнику Гудериану становится понятно, что блицкриг провалился. И с ходу наступать на Москву не удается.
На пути к русской столице непреодолимой стеной стала Тула, которую обороняли зенитчики, рабочие местных заводов и вышедшие из окружения бойцы Брянского фронта.
Командовал обороной Герой Советского Союза майор Кравченко.
Признавать свое поражение противник не собирался и бросал в бой все новые и новые танковые и пехотные дивизии, танки горели, солдаты гибли, но город оружейников стоял.
Именно здесь начались падение непобедимой армии Быстроходного Хайнца и крах его блестящей карьеры.
Критический момент
Анатолий Матвеев - писатель, поэт, публицист и даже драматург. В последнее время его занимает тема Великой Отечественной войны, осмысление тяжелого пути, которым прошли люди военного поколения.
В 2024 году вышел его роман «Сталинград. Дорога в никуда». А в этом году издана книга «Тула - проклятие Гудериана», которую он написал в соавторстве с журналистом Евгением Арсеньевым.
- Хочу сказать, что в книге все очень объективно, потому что здесь другой взгляд, более, правильный, - сразу уточнил Евгений АРСЕНЬЕВ.
- И взгляд такой, что партийная организация испугалась, можно сказать, сбежала, но потом пришли люди, которые возглавили оборону, и Тулу отстояли.
Мой отец, который ушел недавно, в марте, - участник, инвалид войны, охранял Потсдамскую конференцию, дошёл до Берлина. Естественно, я воспитывался на его рассказах. И мне интересна тема Великой Отечественной войны.
- Однажды мы разговаривали с писателем Сергеем Михеенковым и подумали, что наше поколение напишет о войне. Потому что поколение, которое воевало, имело ограничения, не все можно было сказать, - объясняет Анатолий МАТВЕЕВ.
- По той же Зайцевой горе сейчас только стали появляться книги, сколько там людей положили. Всякая война – это, прежде всего, гибель людей.
Главный герой в книге - майор Кравченко. Он возглавляет оборону Тулы.
И вот немцы прорываются через речку Рогожка, и по прямой до Тулы им остается метров пятьсот. Но по прямой они не пошли, свернули. А у Кравченко два орудия и 20 человек.
И если немцев не задержать, Тулу бы сдали. Самый критический момент. Орудия туляков подбивают четыре танка. Немцы разворачиваются, один немецкий танк прорывается в город.
Немцы несутся и вот-вот выскочат на Коммунарку, и развалится оборона. Но там стоят входные ворота, и танк в них застревает.
Жители все это видели, начинается паника. Райкомовцы все попрыгали и умчались в Венёв, народ начал ограбить магазины, как обычно бывает, когда власть меняется.
Нужно поставить памятник
- Когда немцы подошли к Туле у Гудериана в Ясной поляне был штаб, - добавляет Евгений Арсеньев. - Тулу обороняли рабочий полк, полк НКВД плюс разрозненные части, полуразбитые под Орлом, Мценском, Плавском.
И представьте: рабочий полк – это заводские ребята от станка, они оружие делали, взяли винтовки в руки. Заводы оружейные не уехали в эвакуацию.
Зенитки поставили и били прямой наводкой по танкам. Тулу отстояли. Гудериан здесь сломал себе шею.
А калужанам, я считаю, надо ставить памятник тульскому рабочему полку, потому что они принимали участие в освобождении Калуги со стороны Тульской области.
Взгляд с двух сторон
- Действие в романе начинает в первый день войны, - рассказывает Евгений Арсеньев. - Показано, как это известие воспринимает одна из тульских рабочих семей: мать, отец Степан, который работает на военном заводе, их старшая дочь Людка и младший сын Митька. Эти образы проходят через весь роман.
Первый секретарь тульского обкома ВКПб Жаворонков получил приказ об эвакуации оборонных заводов на восток, а потомственные оружейники не смогли смириться с этим.
Ломать то, что с такой любовью строили, всё равно, что сердце рвать на части.
Тогда, действительно, было сложное время, наши отступали. Тульское руководство опомнилось и начало копать противотанковые рвы, которые тоже сыграли важную роль.
Вы знаете, что тактика у немцев такая: танки - вперед, пробивают, за ними - пехота идет, доделывает дело. И важно понять психологию тех людей, оружейников, которые впервые встретились с немцем.
Глава семьи Степан берет в руки винтовку, уходит в окопы. Он получит ранение, но дома сидеть не будет, вернется на оборонный завод, будет создавать боеприпасы.
Митька тоже рвется на передовую, в окопы к отцу, приносит ему еду, которую мать готовила, получит легкое ранение.
Роман написан так, что одни и те же сражения за Тулу воспринимаются с нашей позиции и немецкой. Это придает повествованию объем.
Один из героев - пехотинец Иоахим Венцель бегал в наступление на Тулу три дня, и с каждым днём список оставшихся в живых в его роте становился все короче и короче, а крестов на полковом кладбище под городом было все больше.
События описаны его глазами. Ну и показано состояние Гудериана, когда провалилась его попытка с наскока взять Тулу.
Из романа «Тула — проклятие Гудериана»
Война началась 22 июня. День был пасмурным. Митька узнал об этом от матери, вернувшейся с базара в слезах. Он даже подумал, что кто-нибудь умер.
Последний раз мама сильно плакала, когда умерла бабушка, её мама.
Людка, старшая сестра, услыхав всхлипывание матери, вынырнула из-за навески, спросила:
- Ма, что случилось?
Мать, не разуваясь, что было странно, прошла на кухню, села на табурет, облокотилась рукой о стол, не выпуская сетку из руки, и спросила сквозь слезы:
- Отец-то где?
Людка больше возмущенная, чем удивленная таким вопросом резко произнесла:
- Ма, ты что? Он же на работе!
Мать заплакала еще сильнее. Митька не выдержал, подошел сзади и стал гладить мать по спине. Она повернулась, притянув к себе, уткнувшись в его грудь, молчала.
Он чувствовал, что она продолжает плакать. Людка, порывистым движением колыхнув занавеску, нависла над ней и повторила строго, словно перед ней Митька, а не мать:
- Ма, что случилось?
Мать, оторвав голову от Митькиной груди, посмотрела на нее глазами, полными слез, и выдавила из себя:
- Война!
- Что война? - глядя то на мать, то на Митьку, спросила Людка.
- Война, - качая вниз-вверх головой, повторила мать.
- Ну что война, что война? - Тряся ладонями, не унималась Людка. Митька хотел заступиться за мать, но сильнее прижимая его к себе, глядя на Людку сказала:
- Война, война началась.
Людкино лицо от удивления вытянулось, но она спокойным голосом спросила:
- С кем война, с кем?
- Немец напал. Сегодня на базаре по радио сказали. Молотов сказал. Людка замерла, как статуэтка, мать опять заплакала. А Митька ничего не понимал.
Он даже хотел сказать, что у нас с Германией мирный договор, но не сказал.
А мать, успокоившись, перестала плакать, подняла голову, вытерла тыльной стороной ладони слезы, недовольно проворчала: «Отец все на заводе пропадает, дома у него нет».
Хотела ещё что-то сказать, но только махнула рукой. Потом подала Людке сетку и сказала:
- На, разбери.
Собралась встать, но охнула и села. Людка взяла сетку и пошла к шкафу возле печки. Сетка была набита спичками, мылом, солью и сахаром. Людка, дернув плечами, подумала раздражённо: «Зачем столько»? Но вслух не сказала, распихивая по буфету принесённое.
А Митька, поддерживая мать, помог ей подняться. Она встала, одной рукой прижала его к себе, а другой гладила по голове. А потом сказала, то ли Людке, то ли ему:
- Пойду полежу. Сил моих нет. Сердце стучит.
Пошла за перегородку и, не разуваясь, рухнула на кровать.
Пока Митька осторожно снимал с нее туфли, она заснула. У входной двери, куда Митька принёс туфли, стояла Людка и, кивнув, тихо спросила: -Что там?
- Заснула,- прошептал Митька. 0+
