Волонтер Марк Гуляев: «Там, на Донбассе всё настоящее, а здесь мы живем в какой-то матрице»

Журналист, волонтёр Марк Гуляев в июне 2023 года получил премию имени Владимира Сунгоркина за цикл очерков Калуга - Донбасс, которые вышли на нашем сайте.

Его взгляд на происходящее отличается остротой и непосредственностью. Он работал в медиахолдинге «Комсомольская правда – Калуга», ездил с гуманитарной помощью за ленточку, а потом ушёл в волонтерство с головой. На днях Марк снова отправится в дорогу. На этот раз его путь лежит в Белгород и Шебекино.

Перед поездкой он рассказал нам о своем видении организации волонтерской помощи, о его неудачи с добровольчеством и самое главное: Марк Гуляев объяснил, почему Донбасс не отпускает уже от себя человека, побывавшего там хотя бы раз.

От добровольца к волонтёру

- Марк, почему у тебя не сложилось с добровольчеством?

- Когда грянула СВО я записался в батальон имени Георгия Жукова, который в Калужской области набирал народ. Я рассчитывал, как человек, отслуживший срочную службу, пройти переподготовку. Получилось иначе. Много писали и говорили о проблемах мобилизации в начальной ее стадии: от отсутствия формы, до того самого обучения – переобучения.

Мне ещё повезло, меня определили в неплохое по мнению многих подразделение. Но тоже пришлось столкнуться с бедой – есть оборудование, но никто не знает, как им толком пользоваться. Как работать? Как воевать, не навредив своим же? Никто, повторяю, ничего не знал. Путаница была жуткая. В общем, после такого я и несколько парней пишем рапорты и уезжаем оттуда.

И тут мобилизация заканчивается, и я оказываюсь в непонятной ситуации. Я пришел к вам (военному начальству – прим. ред.) в отличной физической форме, с опытом срочки и огромным желанием «размотать» всю эту нацистскую нечисть, а бюрократия минобороны думала тогда лишь о галочках в рапортах мобилизации.

- И что дальше?

- Дальше вопрос: «Как жить»? Быть обычным гражданским мещанином уже не могу. Решил задружиться с волонтерами, чтобы вновь встать в строй и хотя бы таким образом помогать СВО.

Мне повезло, в декабре прошлого года меня взяли в один из гуманитарных конвоев. В результате, съездил туда, написал серию очерков.

Ездили мы и в Белгород. Это близкий по духу город, по нему регулярно идут прилёты. И Белгородская область, наверное, единственная, где по-настоящему существует тероборона, где местные мужики реально готовы к защите своей земли.

Здесь по-другому дышится

- Когда ты первый раз приехал на Донбасс, что тебя удивило там?

- То, что я увидел на Донбассе, меня не особенно удивило. Техника на обочинах, прилеты… По мне там страха меньше, чем в том же Белгороде или Шебекино.

На Донбассе своя атмосфера. Когда ты туда возвращаешься, будто в свою семью приезжаешь. Едешь, а встречная колонна и одинокий военный транспорт обязательно тебе посигналят, ты тоже в ответ. Все друг другу рукой машут – приветствуют. Настоящее такое мужское братство.

Мы, когда в очередной раз возвращались оттуда, заехали поесть в кафешку. И там были ребята в форме. Подходишь и здороваешься сразу. Там, ты не спрашиваешь, кто он? Он наш – ты идешь и с ним обнимаешься, разговор завязывается. Там это нормально, это та самая настоящая Жизнь.

- Изменю вопрос: что тебя удивило в Калуге после Донбасса?

- Здесь, на гражданке, такого вообще нигде не встретишь. Здесь все в себе, в своих делах, порой никто не придёт на помощь, даже если попросишь. Там такого даже представить невозможно. Это заряжает, и туда постоянно хочется вернуться. Люди, которые оттуда возвращаются, они немного другие.

- Какие?

- Понимаешь, там как будто бы всё настоящее. А здесь мы живем в какой-то матрице, с городским ненужным этикетом, с какими-то глупыми правилами. И как только ты переезжаешь границу Ростовской области и попадаешь на землю Донбасса, все тут же меняется. Там иначе дышится, иначе смотрится.

Сейчас там постоянно что-то строится, ремонтируется, такое ощущение, что живем в переломный какой-то момент для всей человеческой цивилизации. Подъезжаешь к Мариуполю, который ещё недавно весь в руинах был, смотришь – высотки белоснежные стоят. Думаешь, когда у нас были вот такие грандиозные комсомольские стройки? Общие на всю страну? Ведь в последнее время каждый пытался себе индивидуальную хатку обустроить и тихо в ней жить.

Иной взгляд на волонтёрство

- Сейчас в Калужской области работает много волонтерских групп, как ты считаешь, что нужно сделать для того, чтобы они были эффективнее?

- Мне бы хотелось сделать нормальную информационную связь между тылом и Донбассом. Полностью согласен с верховным главнокомандующим, что не нужно проводить глобальную мобилизацию, но крепче связать СВО и тыл нужно обязательно.

Думаю, то что сегодня здесь происходит – это надолго. Необходимо, чтобы изменились не только те, кто сюда мотается с гуманитаркой, не только волонтеры, но и все остальные люди по всей России. Надо регулярно говорить обо всем: как здесь живут, о чем думают, как строятся, как помогают друг другу, а не только официальные военные сводки забрасывать в инфопространство России.

Ведь сегодня из тех, кто здесь не был, даже не представляет, как это всё выглядит на самом деле. Равно, как и происходит весь процесс сбора и передачи помощи нашим бойцам.

- А как сейчас это происходит?

- Сейчас с точки зрения логистики стало все удобней и лучше. Конечно, возникают ещё проблемы с ростовской таможней – они не так оперативно действуют, как хотелось бы. Я не хочу ни в чем погранслужбу ФСБ обвинять, может быть у них там действительно своих проблем навалом. Ведь, действительно, волонтер – волонтёру рознь.

В Калужской области был случай, до сих пор не знаю, кто это был конкретно, но умудрились попасться на границе с десятками ручных гранат. Кому пришла в голову эта идея – вывезти гранаты? Зачем было подставлять все волонтёрское движение? Так, что очень серьёзный досмотр при обратном въезде в России необходим. А это время.

Если уж про волонтерское движение, тут есть, на мой взгляд ещё одна проблема. Каждая группа старается перетянуть одеяло на себя. У нас в Калужской области около десятка волонтерских организаций, которые пытаются вокруг себя создать некую сектантскую ячейку и только «своим» возить. Не знаю, хорошо ли так сепарировать общие усилия, мне кажется это немного неправильно.

- Хорошо, а как сделать правильно, на твой взгляд?

- Я уверен, что должна быть одна организация с развитыми ячейками. Все вместе собирают и решают, куда везти, какому батальону важнее именно сейчас помочь. Почему-то если люди плетут масксети, то делают это в разных местах, а нельзя что ли все это делать в одном месте, профессионально и отправлять не только «своим» но именно туда, где та же сеть нужнее сейчас? Ведь мы помогаем не какому-то отдельному батальону, мы помогаем нашей стране освободить нашу землю от этого нацизма.

Конечно, нынешние группы можно понять, там у каждого так или иначе в СВО воюют родственники, и хочется в первую очередь помочь именно ему. По-человечески понятно, но если посмотреть чуть выше, то идея объединения всех волонтерских групп и организаций в Калужской области под единое руководство станет ясной и понятной. Мы ведь не в игрушки играем.