«В глазах друзей мы инопланетяне»

До этого лета я была почти уверена в том, что, если бы захотела, могла стать следователем. Детективы с детства люблю читать, крови не боюсь, сверхурочная работа не пугает. Но потом произошло то, что заставило пересмотреть романтическое отношение к этой профессии. То, что в полной мере позволило понять смысл фразы, сказанной как-то одним следователем: «Нам ежедневно приходится работать с человеческим горем». Был июнь, и я вместе с сотрудниками Следственного комитета поехала на дорожное происшествие, в котором погиб 87‑летний пенсионер. Его задавила поливальная машина. Когда мы приехали, родные погибшего — дочь и сын — уже были на месте. Почти все время, что длились следственные действия, они стояли в сторонке, внешне почти спокойные. Обнялись и заплакали лишь после того, как тело их отца погрузили в карету «Скорой помощи». Я плакала вместе с ними и думала: «Как хорошо, что на мне солнцезащитные очки и мои слезы никому не видны». Следователи и эксперты в это время продолжали спокойно работать, и я удивлялась: как им удается сохранять самообладание в ситуациях, когда у других ком в горле?

«Цинизм — это защитная реакция»

— Свои эмоции нужно уметь немножко отодвигать в сторону. Во‑первых, чтобы не перегореть, а во‑вторых, чтобы иметь возможность объективно оценить ситуацию, — сказал, выслушав меня, Константин МОШКОВ. У его должности длинное и сложное название: следователь по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления СК РФ по Калужской области. В правоохранительных органах Мошков — 18 лет и считается одним из самых ценных и опытных работников.

— В этом отделе я работаю 2,5 года. Раньше был «на земле»: сначала — в городской прокуратуре, потом — в Следственном комитете. Занимался в основном раскрытием преступлений против личности: убийства, тяжкие телесные повреждения, изнасилования. Иногда попадались экономические дела.

Желание работать в прокуратуре появилось, когда учился в 10‑м классе. Посмотрел передачу «Взгляд», в которой рассказывалось о маньяке-педофиле Сливко. И примерно в это же время увидел в кинотеатре документальный фильм о витебском душителе. Это насильник, который убивал женщин. Я подумал, что таким людям не место в нашем обществе и могу приложить руку к тому, чтобы они сидели.

За 18 лет Константин Мошков раскрыл не одно тяжкое преступление. Сколько негодяев он отправил за решетку, и сам точно не знает.
— Первые 2–3 года считал, а потом перестал. Какое дело самое сложное? Наверное, то, которое мы недавно направили в суд. Оно было возбуждено в отношении группы лиц из 5 человек, которые с 2003 по 2007 годы совершили на территории Калужской и Брянской областей 6 убийств. Вообще, по мнению следствия, эти люди занимались преступной деятельностью с конца 90‑х и на их счету может быть гораздо больше преступлений.

Ежедневная работа с чужим горем, конечно, накладывает отпечаток.

Продолжение читайте в свежем номере «Калужского перекрестка» от 23 июля на странице №8. PDF–версию вы можете приобрести по чисто символической цене на нашем сайте: «Купить номер за 5 рублей» (PDF–версии свежего номера становятся доступны для скачивания уже по вторникам – на день раньше бумажной версии).