Художницы из Северодвинска приехали в Калугу показать «Русский Север»

В Доме музыки – вернисаж, шикарная выставка «Русский Север».

Гостей на эту выставку пришло столько, что стульев в зале не хватало.

Необычная музыка, хореография на северную тему, работы семи художниц из Северодвинска, аутентичные костюмы Архангельской и Вологодской губерний из юхновского Этномузея, ткачество Веры Москалевой, глиняная игрушка Наталии Моисеенко и Михаила Силаева. Это было интересно! 

Полярная ночь

На открытие выставки в Калугу из Северодвинска приехали трое художниц. Три яркие девушки. Алена Севастьянова - преподаватель художественной школы.

Любит путешествовать по северу и не только по Архангельской, но и Мурманской области, ей близка суровая природа. И привлекают больше пейзажи, нежели архитектура. Алёне интересен цвет, как меняется небо, море.

Елена Дорофеева занимается с детьми. У неё студия скетчинга. Это направление очень любят подростки. На занятиях используют маркеры, линеры, акварель. Сама Елена любит акварель и часто пишет архитектуру.

Кристина Корельская инженер-конструктор по профессии работает на  судостроительном производстве и рисует. Любит механизмы и архитектурные проекты, в том числе исторические – деревянное зодчество.  Работает в графике тушью.  

- Город у нас замечательный, - говорят художницы. -  Сейчас у нас темно, полярная ночь. Приехать в Калугу и увидеть светлый вечер очень приятно. А летом у нас белые ночи покруче, чем в Санкт-Петербурге. Потому что вообще не темнеет. В три ночи уже солнце светит.

Северное сияние бывает. Всполохи бывают, это похоже на Северное сияние, но может случаться в теплую погоду, главное, чтобы небо было чистым.

Наш город долго был секретным, вход - только по пропускам: мы строим атомные подводные лодки.

Сейчас у нас не очень холодно: -10 градусов, много снега, на удивление. Есть море, и мы единственные в Архангельской области можем эти похвастаться. Николо-Корельский монастырь – первый порт в России.

У нас широкий и длинный пляж с белым песком. Туристы любят там фотографироваться. И фото получаются, как на юге.

Говорят, что все поморы - трескоеды. Мы, действительно, едим много рыбы, хотя она не дешевая – корюшка, навага. У нас есть пироги - калитки и расписные северные пряники - козули: их пекли жены моряков. Там специальная технология, чтобы эти пряники долго хранились, делать их сложно и долго.  

Близкий, родной, гостеприимный

Калужане тоже делались своими впечатлениями от севера. Семейная пара Наталия Моисеенко и Михаил Силаев не раз были в тех краях.    

- В нашей семье есть традиция - каждый год в апреле мы ездим на север, - говорит Наталия. - И север – он разный. Когда ты приезжаешь, он весной засыпает тебя снегом, который невозможно увидеть нигде, он изумительного белого цвета.

И ты идешь по селе Чубаровка и понимаешь, что ради этого ты и приехал в Архангельск. И через два дня снег тает, Северная Двина вскрывается.

Ты едешь на Белое море, и по льдинам прыгаешь вдаль,  остановиться невозможно. А вечером сидишь с хозяйкой гостиницы, пьешь чай и уже глубоко под утро понимаешь, что знал этих людей всю жизнь. Настолько север близкий, родной, гостеприимный.

Северные игрушки Наталии Моисеенко и Михаила Силаева.

- Но прежде, чем распахнуть душу. Прежде, чем ты станешь для них своим человеком, им надо тебя узнать, пообщаться. И когда они поймут, что тебе можно доверять, что ты открыт, что нет камня за пазухой, откроются тебе.

А люди Каргополя совсем другие. Тоже север, но другая история. Они не так гостеприимны, как архангелогородцы, они сначала в тебя всматриваются, прежде, чем заговорить. И ты понимаешь, что они что-то хотят о тебе знать. Север разный и не влюбиться в него невозможно.

На выставке можно не только порассматривать картины, костюмы и гобелены, но и почитать инетерсную информацию о том, как одевались в стрину.

Как наряжаются

Из рассказа Степана Писахова, 1938 года:

«Коли надо нарядиться для гостьбы али для праздника – всяка самолутший сарафан свой, а которая и платье на себя наденет, на себе одернет.

Моя жона оденется, повернется – ну как с портрета выскочила! А ежели запоет в наряде, прямо как на картину любуешься. Ежели моя жона за ругань возьмется, тогда скорей ногами перебирай, да дальше удирай и на наряды не оглядывайся.

К разу скажу: котора баба не умеет нарядно одеть, чтобы на ней хорошо было – ту бабу или девку и из избы не надо выпускать, чтобы хорошего виду не портила.

И про мужиков сказать. Бывает так: у другого всё ново, нарядно, а ему кажет, что одна пуговица супротив другой криво пришита, и всей нарядности своей из-за этого не восчувствует и при всей нарядности рожу несет будничну и вид нестояшшой.

Сам я нарядами не очень озабочен. У меня что рабочее, что праздничное – отклика невелика. На праздник, на гостьбу я наряжаюсь, только по-своему. Сяду в сторонку. Сижу тихо, смирно и придумываю себе наряд.

Мысленно себя всего с головы до ног одену в обновы. Одёжу придумываю добротную, неизносную, шитья хорошего, и все по мерке, по росту: не укорочено и не обужено.

Что придумаю – все на мне на месте, все мне в пору. Волосы руками приглажу – думаю, что помадой мажу. Бороду расправлю. По деревне козырем пройду…

И всамделишный мой наряд хулить нельзя. Он не столь фасонист, сколь крепок. Шила-то моя жона. А она на всяко дело мастерица – хошь шить, хошь стирать, хошь в правленье заседать».

Увидеть «Русский Север» можно до 28 февраля. 0+